ЛИИМиздат - библиотека самиздата клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИИМИЗДАТ

Скоро в ЛИИМиздате

Договор издания

Книга отзывов

Контакты

Лит-сайты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Астахов Вячеслав Иванович

Исповедь таксиста

Московское такси

1 2 3

Большинство людей незнакомых со спецификой работы такси искренне считают, что таксист должен обязательно возить дальней дорогой и чем больше он накатает пассажира, тем ему выгоднее. Спешу Вас разочаровать, здесь как раз всё на оборот.

Дальней дорогой или кругами возит только неопытный водитель, который еще не понял тонкостей своей профессии или незнающий дорогу и просто заблудившийся. Да, и такое случается в нашем громадным городе со множеством новых микрорайонов.

Произведя посадку водителю как раз предпочтительнее поскорее избавиться от пассажира. И выгоднее тот клиент, который едет на близкое расстояние. Потому что с каждой посадки водитель, что-то имеет в деньгах. И чем больше посадок, тем больше ему прилипает. Чаще это бывает даже выгоднее, нежели влезать в какие-то авантюры.

Однажды в Измайлово посадил женщину, которой необходимо было доехать до Малахитовой улицы, которая расположена в самом конце проспекта Мира в так называемом «Городке Моссовета». Дама была переходного возраста лет под пятьдесят, явно не в настроении, а может быть по натуре своей такая стервозная, но негатив, исходивший от неё, ощущался достаточно явно. Кроме того при посадке она назвала не только пункт назначения, а так же пожелала что бы мы непременно проехали через Рижскую эстакаду. В принципе в её пожелании не было ничего зазорного: «Кто платит — тот и заказывает музыку!», и я довольно часто зная более удобную и короткую дорогу, возил подобных клиентов по их распоряжению: «Мимо дома с песнями!».

Но в тот момент следовать по тому маршруту, что предложила она мне, совсем не хотелось. Потому что, зная пропускной режим улиц, я предполагал, что на Рижской эстакаде непременно попаду в пробку, потому что в ту пору она упиралась в Проспект Мира, да и потом на самом проспекте до ВДНХ участок очень загруженный и тоже можно застрять надолго, а для таксистов время — деньги! И поэтому спросил её:

— Нам обязательно необходимо проехать по эстакаде?

— Да обязательно.— вскричала она истерическим голосом, переходящим на визг — я не первый раз езжу этим маршрутом и считаю его самым коротким и удобным, а вам бы таксистам только найти дурочку и возить её по кругу, но не на такую напал!

— Так Вы, знаете, сколько стоит поездка? — как можно спокойнее гнул я своё.

— Конечно, знаю,— гордо ответила она.— три рубля шестьдесят копеек.

— А если я предложу Вам такую сделку: Вы платите мне прямо сейчас три шестьдесят, а я везу Вас другой дорогой, согласны? — спросил я её.

— Но нет более короткой дороги, чем та, что я предложила.— ответила она.

— Тогда разницу, я заплачу из своего кармана.— предложил я.

Так ей это понравилось, что она тут же принялась отсчитывать деньги и нужно сказать вовремя. Потому что за столь приятным разговором мы уже подъехали к Первой парковой улице где мне необходимо было сделать поворот чтобы следовать маршрутом который я себе уже спланировал.

Всё у меня поучилось очень удачно, безо всяких задержек я пересёк Сиреневый бульвар, Щёлковское шоссе, Открытое шоссе и дальше краем парка Лосиный остров выскочил на Ростокинский проезд плавно переходящий в улицу Бориса Галушкина и уже с неё на проспект Мира, прямо к памятнику Мухиной «Рабочий и Колхозница».

Всю дорогу пассажирка сидела с подленькой улыбкой на лице, слегка покусывая губки, видно не могла на себя нарадоваться, как она ловко обманула таксиста. Но стоило мне повернуть на проспект, и она увидела за Яузой свой дом, как настроение её стало меняться к худшему. Через несколько минут я уже остановил машину у её подъезда, и показав на таксометре сумму в два рубля восемьдесят копеек, сбросил кассу в нули. Мне не нужны были её восемьдесят копеек, хотя в то время это были не плохие чаевые, вполне было достаточно морального удовлетворения и если бы она заикнулась о деньгах я, не задумываясь, вернул бы их ей. Но она молчала, и лишь лицо выдавало ту бурю чувств, что творилось у неё внутри. Так же молча, она вышла из машины, напоследок со всей силы шарахнув дверью видно вымещая на ней свою досаду.

Как говаривал мне один старый, умудренный опытом таксист: «Что мне нравиться в этой работе, так это то, что после первой же посадки у меня есть на что пообедать».

Все расчеты с таксопарком и пассажирами производились по показанию таксометра который имел два режима работы. Один стояночный и заводимый как часы, от тиканья которых некоторые очень хозяйственные пассажиры, с каждым тиком чуть ли не подпрыгивали на сидении. И механический, приводимый в движение тросиком от спидометра и показывающий сумму за каждый проеханный клиентом километр. В нем же имелось пять окошек. Одно большое, которое служило для расчета с пассажирами. И четыре маленьких, это уже для контроля за работой водителя. В одном из них фиксировался общий пробег за смену. Во втором количество посадок. В третьем холостой пробег автомобиля за смену. И четвертое дневная выручка.

Вот эта так называемая цепочка, при выезде из таксопарка заносилась в путевой лист. А после окончания смены списывались уже новые показатели и, произведя несложные арифметические действия, путем вычитания, ты знал, сколько денег должен сдать в кассу таксопарка, а таксопарк получить с тебя.

Таксометры устроены так, что когда он выключен, горит зеленый фонарь, в правом верхнем углу лобового стекла, показывая что такси свободно. При посадке пассажира, таксометр включался и зеленый огонь гас. Получалось, что если в салоне просматривался силуэт кроме водителя, а фонарь горел, значит, водитель в это время работает на себя, минуя таксометр. И если это замечали, то в погоню бросались все, кому только было не лень. От своей службы эксплуатации до гаишников, а желающих срубить денег по легкому, всегда хватало. Как в той пословице: « Вор у вора, дубинку украл».

Как правило, пассажиры в противостоянии с властями почти всегда принимали сторону таксистов. Однажды Управлением Мослегавтотранса совместно с милицией проводился очередной рейд по борьбе с обсчётом пассажиров водителями такси, и это, казалось бы благое дело, проводилось как всегда с показухой, не считаясь с реальным положением дел. Просто необходимо было отловить десятка полтора шоферов и на их отрицательном примере отчитаться о проделанной работе и всем устроившим эту заварушку было совершенно наплевать, что случайно попавшему в эти сети человеку испортят жизнь.

Вот и я, отработав всего несколько смен, попал в эту облаву, попал именно в то время, когда ни о каком обсчёте даже и не помышлял. Просто в тот момент высаживал пассажира у Ленинградского вокзала. На таксометре была сумма 2 рубля 20 копеек, и мой клиент, положив на торпеду 3 рубля и сказав:

— Спасибо! — вышел из машины.

По неопытности я не обратил внимание, что с левой стороны к машине подошел человек и встал за моей спиной. Когда он увидел, что расчёт между нами окончен, и пассажир на несколько шагов отошёл, быстро открыл дверь водителя и с торжествующим криком:

— Попался! — схватил меня за руки, как потом выяснилось для того что бы ни дать мне скинуть таксометр на нули. Тут же оказались два милиционера в форме и ещё два комсомольца, как я понял уже готовые понятые. Один из милиционеров попросил моего пассажира вернуться и когда тот подошёл, сказал ему:

— Вас только что обсчитали на 80 копеек.

— Ничего подобного,— ответил он.— просто я сделал водителю подарок.

— За что? — выпалил тот, что держал меня за руки.

— А просто так, он мне понравился! И кто может запретить мне это? — тут он полез в карман и, вынув трёхрублёвую купюру, протянул её мне со словами:

— Держи шеф ещё! Вопросы есть? — спросил он участников облавы и, не услышав таковых, пошёл своей дорогой, провожаемый нашими взглядами. Совсем неожиданным для меня было то, что милиционеры и понятые откровенно смеялись, а вот представитель Мослегавтотранса чуть не лопнул от злости, пообещав на прощание, что со мной он ещё встретится и разберётся.

Сколько раз за время работы в такси мне приходилось слышать от пассажиров: « Шеф я знаю, сколько стоит моя дорога и поэтому вот тебе деньги, а таксометр можешь не включать. А что бы тебя ни поймали, могу  ехать на заднем сидении лежа».

Подобную глупость, позволяли себе только самые неопытные и тупые. Сколько раз мне сами пассажиры предлагали, всевозможные рационализаторские предложения, как сделать, чтобы огонька не было видно. Вплоть до того, что готовы были, своими руками всю дорогу держать его закрытым. И не надо думать, что таких было единицы, это были простые люди от сохи. Лично мне подобное предложение делал один очень известный народный артист и популярная в те времена телеведущая.

Как видите, не смотря ни на что, люди в основной своей массе относились к таксистам очень доброжелательно. Только они не знали всей кухни до конца и совершенно искренне огорчались, когда их предложение не принималось.

Ведь в один из показателей таксометра был заложен холостой пробег, а он был лимитирован. Не помню уже, сколько километров на сотню платного, но немного. Нет, конечно если работа задавалась и пассажиры шли косяком, а значит и холостяк оказывался лишним, пользовались и этим способом. Но, как правило, очень редко. Для этого почти у каждого было предусмотрено более совершенное приспособление в виде половинки теннисного мячика или потайной кнопочки отключающей зеленый огонёк.

Но это все семечки по сравнению с более совершенными способами добычи денег. Один из них, пожалуй, самый распространенный это оттяжка троса спидометра. К нему подвязывалась снаружи или крепкая бечева, или тонкий тросик, расположенный под передней панелью. В случае необходимости он натягивался и в этом положении крепился. Это в результате приводило к выходу троса спидометра из гнезда и спидометр, а с ним и таксометр прекращали работать. При этом ни одна из пломб, а их в машине было около десятка, не были нарушены. Но это делалось только тогда, когда цена за проезд обговаривалась с пассажиром заранее по обоюдному согласию.

Бывали еще более совершенные ухищрения с таксометрами, но они делались уже в сговоре с мастерами, которые занимались их ремонтом и стоили водителям, желающим их иметь довольно дорого. Зато и обнаружить их при проверке, которые проводились в таксопарках регулярно, было практически невозможно.

Я надеюсь, вы обратили внимание, что все эти усовершенствованья никак не отражались на кошельках и карманах пассажиров, пользующихся услугами такси. С ними вопросы с оплатой почти всегда решались к взаимному удовлетворению.

Не хочу идеализировать, взаимоотношения водителей и пассажиров. Все мы живые люди. Со своими причудами, характерами и запросами. Безусловно, случались и конфликты с взаимными упреками и обидами, последующими разборками в администрации таксопарков, а то и в управлении Мослегавтотранса, которые, как правило, заканчивались в пользу пассажира. Доказать свою правоту водителю было практически невозможно. Ведь такси входит в систему сферы обслуживания, а там правило одно: «Клиент всегда прав!».

Меня самого (обиженные) клиенты не менее двух десятков раз обещали по меньшей мере с треском уволить только за то, что я требовал от них соблюдения элементарных правил пользования такси и азбучного уважения к своей персоне. И были это в подавляющем своём большинстве те, кто со сцены театров и экранов телевизоров нёс в народ прекрасное и благородное, в повседневной же жизни лично для себя не считая это обязательным.

Я не понимал ни тогда, не разумею и сейчас, почему человек всего лишь выполняющий свою работу и подчас не всегда удачно буквально требует поклонения от других. Да я готов платить деньги, хлопать в ладоши и кричать «Бис!» за понравившийся мне номер или роль, но и только! В обыденной же обстановке он для меня всегда был и будет один из многих. И вообще: «В такси и в бане все равны!».

Вы только представьте себе картину, когда в самом центре Москвы на обозначенной стоянке «Такси», при большом числе желающих им воспользоваться один из (народных) без очереди растолкав этот самый народ и отпихнув женщину с двумя малолетними детьми уже садившуюся в машину, несмотря на возмущение окружающих, потребовал везти его и очень неохотно покинул салон только после того, как я выйдя из за руля, пообещал ему помочь в этом и уже отъезжая от стоянки с женщиной и её потомством, восстановив, таким образом, справедливость, услышал вслед, что в такси работаю последний день!

Или ещё случай произошедший тоже на обозначенной стоянке, только уже в Останкино прямо около телецентра. Был очень жаркий летний день и уже под вечер часов в семь я подъехал и остановился на ней, чтобы немного просушить рубаху на спине и то, что ниже. Следом припарковались ещё две машины, и мы, водители, собрались у средней в кучку обсуждая свои дела. Через несколько минут подошла молодая пара, офицер пограничник и очень эффектная молодая женщина, замелькавшая в ту пору на экране телевизора в роли ведущей. Офицер поинтересовался свободной машиной и я, указав на свою стоявшую первой, предложил им садиться, а сам задержался всего на несколько секунд, чтобы дослушать конец истории, которую рассказывал один из водителей. Чтобы ни задерживать пассажиров и в тоже время дать мне возможность дослушать оба водителя проводили меня до самой машины и поэтому все, что случилось потом, произошло у них на глазах.

Стоило мне сесть на своё место, как я увидел картину меня неприятно удивившую. Пассажиры расположились на заднем диване и за те несколько секунд, что меня не было, женщина сняла обувь и протянула ноги в пространство между передними сидениями, как раз под мою правую руку. Во-первых, это создавало мне неудобство при переключении передач, а во-вторых, считаю, что подобным образом вести себя может только очень близкий человек или же с разрешения водителя, тем более считающимся как бы хозяином на этой территории. Я сказал обращаясь к ней:

— Попрошу Вас убрать ноги!

Женщина откровенно проигнорировала моё требование и в ответ назвала, какой-то адрес, добавив при этом, что бы я быстрее трогался с места.

— Ещё раз прошу Вас убрать ноги! — повторил я и чтобы пронять её окончательно, добавил.— От них пахнет!

Она прекрасно поняла, что слегка переиграла и её уже достаточно жёстко ставят на место, но сдаваться не собиралась.

— Эти ноги многие считают за честь целовать! — покраснев лицом и кусая губы, но кокетливо ответила она.

Но я уже завёлся, и чувствуя свою правоту за словом в карман не полез:

— У меня тоже многие считают за честь кое-что целовать, но я Вам это под нос не сую! И вообще прошу выйти из автомобиля, я не буду Вас обслуживать!

В это время в наш разговор вмешался её кавалер, который на высоких тонах попытался мне что-то втолковать про свои права и мои обязанности. Но я уже вышел из машины, и зайдя со стороны тротуара, открыл заднюю дверь приглашая их покинуть салон. Недвусмысленно давая понять, что могу это сделать и силой, тем более оба мои собрата по профессии уже стояли рядом готовые поддержать меня морально и физически. Видя столь неблагоприятный для себя оборот они, негодуя, покинули салон автомобиля, и тут же достав записную книжку и авторучку, записали номер моей машины, обещая завтра же меня из парка уволить по очень плохой статье.

А так как водители двух стоящих сзади машин и бывшие свидетелями нашего конфликта, тоже отказались их вести то записали и их номера тоже.

Я в свою очередь в долгу не остался и пообещал, что тоже завтра прямо с утреца заеду в телецентр, в их партийную организацию, и заручившись показаниями двух свидетелей расскажу как она себя ведёт в свободное от работы время. И хотя фамилии её не знаю, но пальцем показать смогу. На том и расстались, они ещё долго пытались поймать такси рядом с нами, и хотя машины проезжали мимо довольно часто, никто даже ни притормаживал, потому что видели три пустые тачки по какой-то причине не взявшие клиентов, этого было вполне достаточно просто из чувства солидарности. Они уехали на троллейбусе.

Ни в какой партком я на следующий, а так же и все последующие дни идти не собирался и поэтому был немало удивлён когда по окончании работы, рядом с таксопарком на перерез моему автомобилю бросилась женская фигура. В которой сразу признал её, мою несостоявшуюся пассажирку. Которая тут же со слезами на глазах принялась извиняться за свою несдержанность и всю вину за это почему то, сваливая на своего ухажера.

Конечно же, я прекрасно понимал, насколько она была неискренна, что только боязнь за свою дальнейшую карьеру толкнула её на извинения, о чём к тому же красноречиво свидетельствовали злые искорки в глазах и закушенная губа. Но играла она очень убедительно и профессионально и я, конечно же, не ломаясь, простил её. При этом думая про себя, что всё-таки просто необходима какая-то сила, для того что бы окорачивать подобных зарвавшихся «звёздунов».

Не так уж и редки были случаи ухода пассажиров не расплатившись. Может это кому-то и казалось невинной шалостью, но по сути своей является воровством. Так как все что отщелкал таксометр, необходимо было сдать в кассу таксопарка и если тебя кинули, значит, залезли в твой карман. Если такого ловили, уверяю вас, ему приходилось несладко, как правило, в таких случаях обходились без участия милиции.

Еще в самом начале своей работы таксистом, не имевшим опыта, но наслышанным о подобных случаях и естественно не желавший быть обманутым, я насторожено относился, к людям неопрятным, выпившим и ведущим себя неадекватно. Пока на собственной шкуре не убедился, в том, как жестоко ошибался.

Опасаться то необходимо было как раз наоборот, людишек по внешнему виду положительных и респектабельных. И даже сейчас, уже много лет как я распростился с такси, этот негативный опыт накрепко засел в моих мозгах. Если при общении с малознакомым человеком, тот старается без мыла в душу влезть и казаться уж таким добрым и родным, жди от него гадости!

Когда человек внешне хорошо упакован, он изначально внушает к себе доверие. Когда на женщине столько украшений, что на ёлке, то невольно думаешь, ну что там для них каких-то два — три рубля.

И ошибаешься, да потом ну ладно ушли, не расплатившись, но ведь они не говорят об этом прямо. Тебя просят немного подождать, и когда это немного больно уж затягивается, и ты понимаешь, что обманут, ушло время, за которое ты мог хотя бы немного компенсировать потерю. Вот и получается, что тебя обворовали на сумму в несколько раз большую, чем та, что пробил таксометр.

Поэтому, несколько раз, попав впросак из за своей доверчивости, я уже никого и ни когда не выпускал, из машины без залога. Даже в рядом стоящий киоск за сигаретами. Были обиды, со стороны клиентов, но это пустяк по сравнению со своими моральными и материальными издержками.

Как бы то не было, я до сих пор вспоминаю эту работу с теплотой. Столько новых встреч и приключений у меня не было за всю жизнь, как за эти три с половиной года моей трудовой деятельности на этом поприще.

1 2 3

На страницу автора

К списку "А(A)"

А(A) Б(B) В(V) Г(G) Д(D) Е(E) Ж(J) З(Z) И, Й(I) К(K) Л(L) М(M) Н(N) О(O) П(P) Р(R) С(S) Т(T) У(Y) Ф(F) Х(X) Ц(C) Ч(H) Ш, Щ(W) Э(Q) Ю, Я(U)

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.