ЛИИМиздат - библиотека самиздата клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИИМИЗДАТ

Скоро в ЛИИМиздате

Договор издания

Книга отзывов

Контакты

Лит-сайты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Сидоров Иван

Под знамением Бога Грозы

Книга первая

Часть вторая

4

После утреннего богослужения лабарна Суппилулиума снял желтую накидку верховного жреца и облачился в андули правителя. После, в сопровождении свиты, он направился в зал для Большого Собрания. Его ждал высокий золоченый трон в виде свернувшейся кобры. Кобра раскрыла капюшон, защищая правителя. Ее оскаленная пасть наводила ужас. Рубиновые глаза сверкали кровавыми отблесками. Мешеди надели на голову правителя высокий колпак с изображением крылатого солнца. За троном застыли два телохранителя, сжимая в руках изогнутые мечи. Справа от лабарны встал разодетый Иссихасса. Золотые браслеты позвякивали на его пухлых руках. Слева подошел Фазарука в легкой воинской одежде. Цула в доспехах, но без шлема сел на скамеечку у ног повелителя.

Из своей половины дворца появилась таваннанна и грациозно опустилась на трон подле лабарны. Служанки заботливо поправили ее сверкающую голубую хасгалу и прическу. По обе стороны от правительницы застыли две молоденькие девушки, в таких же длинных, небесного цвета хасгалах. Желтые головные накидки спускались на плечи. В руках они держали тонкие серебряные кинжалы.

Тут же выстроились все сыновья лабарны. С двух сторон от правящей четы полукругом расположились сановники.

— Проси военачальников идти к нам с докладом,— приказал Суппилулиума мешедям.

В зал вошел телепурий. За ним следовали двое слуг с ларцами. Они подошли к правителю и поклонились.

— Великое Солнце наше, властитель вселенной. Пусть Боги покровительствуют тебе,— торжественно произнес телепурий.— Я прибыл из Несасы. Привел с собой сотню копьеносцев, сотню меченосцев и две колесницы.

— Тебе же было велено привести три сотни воинов и пять колесниц! — недовольно воскликнул Суппилулиума.

Телепурий был готов к этому. Он изобразил на лице сожаление и, тяжело вздохнув, ответил:

— Не гневайся, мой господин. Людей мало, а на границах неспокойно. Мне пришлось отставить охрану в Несасе. Прими, лучше, дары от наших старейшин.

Слуги склонили головы, подошли ближе и открыли ларцы. В чреве ларцов сверкали и переливались всеми цветами браслеты, цепочки, подвески, броши.

— Эти подарки можешь передать таваннанне,— не глядя на подношения, ответил Суппилулиума.— Она любит такие безделушки.

Фыракдыне лишь хитро улыбнулась, с нескрываемым восхищением рассматривая чудеса ювелиров.

Второй телепурий, приглашенный в зал произнес свое приветствие:

— Великое Солнце наше! Великий муж Хатти, в жилах которого течет благородная кровь богоподобного Лабарны. Пусть даруют тебе Боги силу. Я привел из города Цалпы три сотни копьеносцев и четыре боевые колесницы.

— А где еще сотня? — гневно сдвинул брови Суппилулиума.

Второй телепурий, как и первый, изменился в лице и ответил:

— Не гневайся, великий. Скоро сев, а мужчин не хватает. Пришлось не брать в поход плугарей. Посмотри, лучше, какие подарки тебе прислали наши старейшины.— И к трону на серебряных подносах выставили золотые кубки и чаши изумительной чеканки.

— Хорошо, хорошо,— безразлично произнес повелитель.— Зовите следующего.

— Я прибыл из Куссары,— возвещал следующий телепурий,— и привел с собой четыре сотни копьеносцев и меченосцев, а так же, пять боевых колесниц. Прости, властитель, что не набрал шесть сотен — Куссару, так же, надо кому-то охранять. Взгляни, какие ткани и шерсть прислали тебе старейшины нашего города.

— Скверно! — устало произнес повелитель.— Сколько подошло отрядов, и во всех не хватает народу. То сев, то мор, то еще что-нибудь.

— Но государь,— бархатным голосом успокаивал его Иссихасса.— армия и без того уже великая. А какие подарки тебе поднесли!

— Властитель, мы не готовы к походу,— твердил с другой стороны Фазарука.— Воинов недостаточно. Они не обучены.

В зал вошел Хемиша с двумя горцами. Он, по обычаю, поклонился властителю. Сановники с некоторым страхом взирали на этих широкоплечих бородатых воинов, одетых в куртки из шкур диких животных. От них исходил запах суровых гор. В неторопливых уверенных движениях сквозила отвага и несокрушимая сила. Всем своим видом они походили на божеств Страха и Ужаса.

— Хемиша! — без особой радости воскликнул повелитель.— Ну, а ты с чем пожаловал? У тебя, наверное, тоже сев или мор.

Хемиша не понял вопроса, но не смутился и сказал твердым голосом:

— Великое Солнце наше. Мы пришли из Верхней Страны по твоему зову. Сделали все, как ты приказал. Со мной две тысячи копьеносцев, тысяча меченосцев и три сотни суты, а, так же, десять боевых колесниц. Племена Хауси снарядили под твои знамена шесть сотен всадников.

— Верить ли мне своим ушам! — удивился властитель, и лицо его просияло.— Впервые за день слышу радостное известие. Неужели, ты смог собрать три тысячи?

— Собрал, мой господин,— уверенно ответил Хемиша.

— Я несказанно рад! С племен Хауси мне требовалось всего пять сотен всадников, а прибыло больше. Скажи Хемиша у вас что, сева нет в этом году или соседи присмирели? Неужели вам не страшно отправлять всех мужчин в поход?

— Почему же, сев у нас есть, да за нас посеют отцы наши. Им меч уже не удержать, но за плугом еще ходят. Соседи у нас дерзкие, но сыновья наши любому врагу дадут отпор. Ты, властитель, прекрасно это знаешь. Я привел больше горцев, потому что люди верят в тебя и готовы всю кровь отдать за обиженную землю Хатти. Ремесленники наши в долгу не остались: сделали колесницы легче и прочнее хурритских. А для тебя они выковали настоящий железный меч. Руби им головы врагов.

С этими словами Хемиша сорвал покрывало с подноса. На нем лежал настоящий железный меч с тонким обоюдоострым клинком, в ножнах из самшита. На ножнах сияло золотом крылатое солнце.

— Целое состояние! Какое чудо! Красота! — заохали восхищенные чиновники.

Суппилулиума не удержался, при виде столь великолепного оружия, против обычая, встал, бережно взял меч с подноса, вынул клинок из ножен, с любовью осмотрел острое зеркальное лезвие без единого изъяна, затем осторожно вложил меч обратно и передал Фазаруке.

— Воистину, подарок для правителя! — покачал головой Суппилулиума, присаживаясь обратно на трон.— Порадовал ты меня. Теперь я знаю, что в моей стране есть телепурий, на которого я могу всегда опереться. Если хочешь, бери под командование все три тысячи, которые ты привел.

— Благодарю тебя, мой повелитель, за доверие. Но я не умею командовать пешими войсками. Позволь мне остаться с горцами.

— Пусть будет так,— согласился лабарна.

Когда Хемиша выходил обратно из зала, среди толпы телепуриев, мешедей, тысячников, его зоркий глаз уловил знакомое лицо.

— Улия! — позвал отец.

Юноша растерянно повернулся на зов.

— Ты что здесь делаешь? Тебе приказано ждать во дворе.— Хемиша насупился. Он терпеть не мог, когда не выполняют его распоряжения.

— Прости, отец. Я только хотел взглянуть на лабарну,— пробормотал юноша в оправдание.

— Мне показалось, ты смотрел в другую сторону.

— Он таращился вон на ту девушку, которая стоит возле трона таваннанны,— пошутил один из мешедей.

Улия моментально покраснел до самых ушей.

— Неправда,— прорычал он, хватаясь за меч.

— Пошли! — Отец грубо подтолкнул его к выходу.— Мал еще, на девок глядеть. Сначала в битве отличись. Будешь теперь все время находиться в лагере. В Хаттусе, чтоб не показывался.

— Слушаю, отец,— обижено ответил Улия.

 

После приема у лабарны Хемиша с Тоопекой решили пройтись по столичному базару. Торговые ряды тянулись от ворот Лабарны, между двумя крепостными стенами — внутренней и наружной. Еще издали слышался невообразимый гомон. Торговцы, надрывая глотки, расхваливали свой товар. Хаттуса всегда славилась большим базаром, но когда к ней стали подходить войска, торговцы понаехали со всех окраин. При таком большом скоплении народа можно быстрее и выгоднее продать добро. Множество навесов из пестрого тряпья, растянутого на жердях, возвышалось над снующей толпой. Кругом разосланы ковры, или стояли низкие прилавки. Местами невозможно было протиснуться среди гор корзин и тюков. Орущие на всех языках торгаши предлагали фрукты, овощи, оружие, тонкие и грубые ткани любой расцветки, сапоги, одежду, глиняную, медную и серебряную посуду, украшение и многое другое. Отдельно, под большим навесом торговали конями, быками, овцами и козами. Там же громко гоготали гуси. Водоносы продавали всем желающим воду и горячие ячменные лепешки. Чего тут только не было! У Хемиши и Тоопеки глаза разбегались от обилия товаров.

Финикийские и ассирийские купцы выделялись своей пестрой длинной одеждой. К тому же, они горланили громче других. А если, кто посмеет сказать, что их товар плох, пошлют вдогонку отборную ругань. Торговцы из Та-Кемет более сдержанные и не орут громко, а вежливо предлагаю у них что-нибудь купить, при этом не забывают изобразить холодную улыбку. Этим они показывают, что кто меньше кричит, у того товар лучше. У Египтян смуглые вытянутые лица. Они носят простые однотонные плащи, редко с узорчатой каймой. А на прилавке у них все разложено аккуратно, с любовью. Тут же толкаются толстые торговцы с севера, из Ур-Урата. Они настойчиво предлагают взять именно их товар. Хватают прохожих за края одежды и тянут к своему прилавку. Хеттские торговцы держались отдельно и занимали самые лучшие места на базаре, но не притесняли своих гостей.

— Тоопека, тебе нравится этот жеребец? — Хемиша указал на длинноногого скакуна, когда они проходили мимо ассирийца, торговавшего конями.

— Хорош,— согласился Тоопека, прищурив один глаз,— Ноги стройные, как побеги бамбука. А грудь, какая широкая. Купи себе такого. Он стоит дорого, но, зато — настоящий породистый конь. Не одна красавица зальется румянцем, увидев тебя верхом на этом скакуне.

— Э-нет. В горах лучше ездить на наших низеньких крутобоких лошадках,— и ноги у них будут целы, и шею себе не свернешь. Такой конь мне не подойдет. Смотри, как он вращает глазами. Это животное с характером — его напрасно плетью не стегай. А взбесится — так сразу на дыбы. А мой конек предан мне, как собака: только свистни — сразу явится. Ласку понимает и сообразительный, словно человек.

— Смотри, какой красивый ликийский меч. Вот уж чудо! — не сдержал восторга Тоопека.

— Только и всего, что красивый,— презрительно фыркнул Хемиша.— В Ликии никогда не умели ковать крепкую бронзу. Узор на ножнах хорош,— ничего не скажешь,— но в бой я б его не взял.

— Хоть я и не знаток воинского искусства, но мне кажется, что у того оружейника отличные стрелы. Смотри, какие тонкие и прямые. Наконечники острые, как иглы, и оперение небольшое. Такие стрелы летят далеко.

— Мне они на лук не подойдут,— отказался Хемиша, повертев стрелу в руках. Это египетские стрелы. У египтян высокие луки, к ним стрелы нужны длинные. Мне на скаку с таким луком не прицелиться. А короткую стрелу я выпущу точно в цель, пусть даже подо мной конь скачет галопом.

— Эй, богач, купи моих сушенных абрикос или оливкового масла,— звал их кучерявый финикиец. Торговцы приметили Хемишу и Тоопеку. Если покупатель долго ходит и неторопливо разглядывает товар, да еще одет неплохо, значит, он человек богатый, и из него можно вытянуть немного серебра.— Лучше масла тебе нигде не найти. Бери, пока у меня все не раскупили. Потом пожалеешь.

— Купи, лучше, моего молодого вина,— тянул их к себе купец из Аласии.— Оно нежное и вкусное, словно кровь юной девушки, а пьянит, будто горячий поцелуй.

— Не слушай этого пустобреха,— кричал ахеявец.— Если его кислятина напоминает кровь девушки, значит она уродина, какой свет не видел. Попробуй моего красного вина. Ах! Как пахнет! Ему столько же лет, сколько и мне.

— Если твоему вину столько же лет, сколько и тебе, то ты еще грудной младенец,— передразнил его торговец из Аласии.

Хемише и Тоопеке пришлось выпить по чаше молодого и старого вина, закусить медовыми лепешками. Затем, они купили всякую мелочь для предстоящего похода и, устав от шума и толчеи, решили выбраться из города.

Но вдруг Хемиша схватил Тоопеку за плечо.

— А ведь здесь можно узнать о моем брате. Торговцы знают больше лазутчиков. Сплетни со всего мира кочуют вместе с торговцами.

— Действительно! Как мне сразу в голову не пришло! — удивился сам себе Тоопека.

Походив еще немного между торговых радов, расспрашивая купцов, они нашли самого богатого торговца из Ассирии. Им оказался низенький пухлый мужчина с тщательно завитой бородкой и большими, словно у лошади, зубами. Говорил он по хеттски скверно, вставляя в речь половину аккадских слов. Хорошо, что Тоопека понимал его язык. К тому же, он постоянно хвалил свой товар и предлагал что-нибудь купить у него.

— Послушай, уважаемый торговец. Бывал ли ты при дворе великого Ашшурбалита? — допытывался у него Тоопека.

— Конечно,— самодовольно отвечал тот, выставляя на показ свои лошадиные зубы.— Я приезжаю из дальних стран и сразу спешу ко двору. У меня лучший товар во всем Ашшуре. Посмотри, какие ткани! Загляденье. Купи вот эту — пурпурную.

— Погоди, торговец. Скажи мне лучше: знаешь ли ты старшего охотника правителя?

— Конечно, знаю! Он частенько присылает слугу ко мне в лавку за стрелами. Я хорошее оружие привожу из Ассувы. Если хочешь, я продам тебе хурритский щит или копье. Оно легкое, как пушинка.

— Погоди. Так что этот старший охотник. У него было несколько сыновей.

— Эй, да на что он тебе сдался! Он давно умер. Давай тебе продам хорошего вина. Очень дешево. Отличное, пальмовое, из-под Ниневеи. Его пьют только богачи.

— Как умер? — не слушал его Тоопека.— А на его месте кто?

— Старший сын. Воевал где-то под Вавилоном. Его покалечили. Сейчас занял пост отца. Он пьяница. У меня, правда, вино не покупает, а берет у грязных финикийцев — подешевле. Даже мои слуги такие помои не пьют, какие он хлещет.

— А самый младший сын? Что с ним?

— Ай, откуда я все помню! Вроде был. Вечно ходил угрюмый. Но его давно в Ашшуре не видно. А хочешь. Покажу тебе чудесные женские украшения: гребешки из серебра, золотые броши. Если у тебя есть дочь — такой гребешок ей будет лучший подарок.

— Я куплю у тебя гребешок, вина и щит хурритский куплю,— встрял в разговор Хемша, разобрав, что речь, наконец, дошла до главного,— только скажи, что стало с младшим сыном охотника?

— Купишь! Вот и отлично! Пошли, покажу товар! — обрадовался торговец.

— Не спеши. Расскажи сперва про сына старшего охотника, не то сейчас мы развернемся и уйдем.

Торговец побоялся потерять щедрого покупателя. Ему пришлось напрячь свою память. Он наморщил лоб, долго чесал за ухом, наконец, вспомнил:

— Да вроде бы, правитель его то ли недолюбливал, то ли не доверял ему. В общем, отослали его на границу с Вавилоном. Там постоянно ассирийцы воюют с местными бандитами. С товаром туда ходить опасно. Хоть можно хорошо заработать. Может быть, его давно в живых нет. Ничего больше не слышал о нем.

Больше из ассирийского торговца вытянуть ничего не удалось.

Хемиша медленно брел, опустив голову, и думал о чем-то своем. Тоопека шел следом, ведя серого ослика. Ослик нес тюки с покупками. Узкие, мощеные булыжником улочки разбегались в разные стороны, петляли серыми змейками, среди одноэтажных и двухэтажных домиков. То и дело, навстречу проносились босоногие мальчишки, нарушая тишину писклявыми голосами. Горожанки в нарядных хасгалах, с плетеными корзиночками в руках, проходя мимо, смущенно прятали взор. Ремесленники деловито сидели у порогов своих домов. Перед ними лежал инструмент и готовые изделия. Мастера предлагали что-нибудь купить случайным прохожим.

— Постой, куда же мы пришли? — спросил Тоопека.— Я вижу богатый дом. Перед воротами растет священное дерево еуа.

— В этом доме живет мудрость. Мы направляемся к великому кантикини, главному жрецу Бога Грозы и прорицателю Кире,— объяснил Хемиша.

Они остановились возле низеньких ворот. Хемиша назвал свое имя. Слуги проводили их в тенистый садик и усадили на скамейку под абрикосовым деревом. Появился серебряный поднос с лепешками и вином. Зацветающие фруктовые деревья наполняли сад весенним ароматом. Как стражники, смотрелись, аккуратно подстриженные туи и кипарисы. В глубине сада виднелся белый высокий дом с плоской крышей.

На дорожке показался высокий черноглазый кантикини лет двадцати пяти в длинной желтой одежде ученого жреца. В руках он нес дощечку, покрытую глиной и палочку для письма. Хемша, завидев его, не смог скрыть своей радости, кинулся к юноше и крепко обнял его.

— Здравствуй брат,— произнес юноша хриплым от волнения голосом.— Мир тебе! Пусть будут твердыми, как бронза рука твоя и воля.

— Мир и тебе! Склоняю низко голову перед ученым. Я замечаю в твоих глазах искры мудрости.

— Ты приехал один? — спросил кантикини.

— Нет. С двумя твоими племянниками: с Улией и Барбишей.

— Где же они? Я хочу их обнять. Ведь я уже пять лет с ними не виделся. Они, наверное, стали настоящими воинами.

— Они тоже хотели увидеть тебя, но я их не отпустил из лагеря.— Хемиша грозно сдвинул брови.

— Но почему? – расстроился юноша.

— Потому что мечи у них не точены и кони не чищены. Если хотят стать настоящими воинами, то пусть сначала научатся следить за снаряжением.

— Ты, как всегда, очень строг,— послышался добродушный голос.

Почтенный старец в желтой накидке старшего кантекини предстал перед братьями. Правой рукой он опирался на кедровый калмус с позолоченной резьбой. Из-под высокого жреческого колпака выбивались пепельные пряди седых волос. Еще не потеряли живой блеск темно-карие глаза. Их обрамляли глубокие морщинки.

— Учитель! — воскликнул юноша и поклонился старику.

— Мир тебе, мудрейший Кира,— поздоровался Хемиша, склонив голову.

— Хранят тебя Боги, великий воин,— ответил старик. Наслышан я о твоих делах. Лабарна Суппилулиума, да будет он вечен, ставит тебя в пример другим. Проводи брата в дом,— обратился он к младшему кантикини,— поговори с ним, ведь вы так долго не виделись.

Когда братья скрылись, Кира подошел к Тоопеке. Странник все это время оставался сидеть на скамейке. Теперь он поднялся.

— Мир тебе Кира!

— Пусть хранят тебя Боги, Тоопека. Ты принес?

Ясные глаза старшего кантекини тревожно гядели на сбеседника. Морщины еще глубже прорезали лицо. Странник вынул из дорожной сумки свиток папируса и передал ученому. Тот, с нетерпением, взял свиток, развернул тонкий лист, пробежался глазами по иероглифам, после аккуратно свернул его и обратился к Тоопеке:

— Что ты об этом думаешь?

— Полная ерунда,— ответил Странник,— не стоило даже искать этот свиток. Способ приготовления, который здесь описан, помогает получить сплав похожий на золото. Но это совсем другой металл. Кода ты попросил меня достать папирус у жрецов Осириса, я, заодно, изучил труды других алхимиков Та-Кемет. Чем больше я вникал в их сложные опыты, тем яснее понимал, что золото могут делать только Боги — и никто больше. Человеку, пусть даже самому мудрому, такое не по силам.

— Может быть, истина в твоих словах,— задумался Кира.— А над чем работают сейчас маги Та-Кемет?

— Мудрецы Атона пытаются получить золото из ртути. Я слышал, у них есть способный ученик, которой в последствии возглавит Храм Атона. Он из рода фараонов. Зовут его Тут-эхн-Атон. Возможно, что он может занять даже трон правителя. Но и их опыты далеко не продвинулись.

— Значит, золото невозможно получить с помощью заклинаний и физического воздействия на вещество?

— Это так. Только Боги могут делать золото. Злые духи воруют его и подбрасывают людям. А люди убивают друг друга из-за проклятого желтого металла.

— Для меня, как и для тебя, Тоопека, золото не имеет никакой ценности. Но оно сейчас нужно нашей державе, каким бы гадким металлом оно не было, и сколько бы крови за него не проливали.

На страницу автора

К списку "С(S)"

А(A) Б(B) В(V) Г(G) Д(D) Е(E) Ж(J) З(Z) И, Й(I) К(K) Л(L) М(M) Н(N) О(O) П(P) Р(R) С(S) Т(T) У(Y) Ф(F) Х(X) Ц(C) Ч(H) Ш, Щ(W) Э(Q) Ю, Я(U)

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.