ЛИИМиздат - библиотека самиздата клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИИМИЗДАТ

Скоро в ЛИИМиздате

Договор издания

Книга отзывов

Контакты

Лит-сайты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Сидоров Иван

Живущий Правдой

3

Ну и путь выбрал Хуто — без ног останешься! Действительно — тропа для горных козлов. Да тут даже козлов не видно. Змеи, и те редко попадались. Чем они тут только питаются? Сам Хуто ранним утром покинул войско. Охотник с десятком самых выносливых лучников-маджаев отправился разведывать дорогу. По пути оставлял метки, чтобы Хармхаб не сбился с дороги. Охотник хотел поспеть к Бухену раньше нехсиу и предупредить наместника Хеви об угрозе.

Коней пришлось распрягать и вести в поводу. Колесницы тащили на плечах. Иногда приходилось взбираться чуть ли не по отвесным скалам. К этому надо добавить невыносимое пекло и обжигающий ветер, приносящий тучи мелкой пыли. Обоз сразу же безнадежно отстал. Хармхаб распорядился взять только ослов. Они более приспособлены к горам. На животных нагрузили оружие немного продовольствия и воды. Волов и мулов с телегами оставили в долине под присмотром небольшого отряда.

То вверх, то вниз. Камни срывались из-под ног. Кожа на спине ссохлась от солнца. Рот, словно набит песком. Язык распух и совсем не хотел ворочаться. На зубах противно скрежетали песчинки. Головная накидка покрылась пятнами от соли. Давненько Хармхаб так не потел. Про колено он старался не думать, привык к тупой боли и не обращал на нее внимание.

Когда же закончатся эти желтые скалы! Хоть бы облачко выплыло и на время прикрыло жгучее солнце. Нет же, небо прозрачное, чистое, раскаленное. Опять вверх. Опять камни выскальзывают из-под ног. Держись за выступы в скале. Ладони обжигает, словно дотронулся до жаровни. Сердце надрывается, тяжело ухая где-то в животе.

Наконец безумные подъемы и головокружительные спуски кончились. Хармхаб вытер липкий пот со лба и с облегчением вздохнул. После очередной побежденной вершины перед ним открылась гряда бесконечных зеленых холмов. И где-то там, почти у горизонта призрачно блеснул, дарующий жизнь всему живому, Великий Хапи. Неужели все? Одолели! Теперь идти будет легче.

— Привал! — скомандовал Хармхаб.

Солнце быстро катилось к горизонту. Жара отступала. От далекого Хапи пахнуло прохладой, принося облегчение уставшим людям и утомившимся животным. Расставили часовых. Кто еще был в силах, разводил костер и готовил еду. Большинство же воинов рухнули на землю и тут же уснули.

Хармхаб глотнул противной теплой воды с примесью кислого вина. Немного взбодрился. Нога почти не болела. Опухоль сошла, оставляя желтые и фиолетовые пятна кровоподтеков. Когда же все это кончится,— взбурлило в душе.— Проклятая Куши с ее неугомонными презренными нехсиу! Завтра он покончит с ними! Раз и навсегда! Чтобы больше не возвращаться сюда. Никогда!

 

Хеви, наместник Та-Кемет в Куши бегал глазами по столбикам иероглифов. Только что с кораблем казначейства прибыло письмо от верховного жреца Эйи. Вскрытый тонкий цилиндрический чехол черного дерева лежал на столе. Коричневая восковая печать с оттиском скарабея бала аккуратно срезана ножом.

В послании мудрейший требовал подробного доклада о ведении боевых действий. Между строк сквозило недовольство по поводу столь затяжной компании, не приносящей весомых результатов. Хармхаб с войсками совершает рейд за рейдом по неспокойным землям, а нехсиу все так же нагло нападали на мирные племена, подвластные Кемет. Ни один мятежный вождь еще не схвачен, а средства на содержание армии утекают, как воды Хапи в Великую Зелень. Если дальше так будет продолжаться, Эйя вынужден прислать писцов с проверкой.

Скверно! Только проверок еще не хватало. Приплывут холенные надменные чинуши, ничего не смыслящие в войне. Будут задавать глупые вопросы, совать нос во все щели. Да еще их надо будет кормить и поить. Полбу они жрать не будут. Им чечевицу подавай, да еще с мясом, и хлеб белый. Вино лучшее, выдержанное, от пива будут морду кривить. А хоть слово им скажешь поперек, так тут же начнут жалобы строчить в Уаст.

Хеви отложил папирус, поднялся со стула, прошелся по длинной колоннаде, выходящей в сад. От крыльца с резными каменными колоннами дорожка бежала среди развесистых сикомор и строгих кипарисов, заканчивалась перед небольшим семейным храмом. Хеви неспеша направился вглубь сада, размышляя, как бы лучше ответить мудрейшему.

В тени деревянной резной беседки покоились две каменные стелы. Одна посвящалась солнечному богу Йоту, другая Амуну. У входа еле заметно чадила масляная лампадка. Хеви взял с полки деревянную плошку в виде руки с открытой ладонью, насыпал благовоний и подкурил от лампадки. Терпкий ароматный дымок весело закружился внутри храма. Хеви произнес молитву Амуну, прося успехов в делах. Покосился на стелу Йота. Надо ее убрать, прошло время Солнечного Бога, или хотя бы имя Йот заменить на имя Ра. Он сегодня же позовет резчиков. Пусть перебьют надписи.

Покончив с молитвой, Хеви зашагал обратно. В глубине сада он услышал голоса. Возле цветущих клумб стояла Меритре. После родов лицо девушки заострилось и побледнело. Но большие карие глаза сияли живым блеском. Повезло же старшему сыну,— улыбнулся Хеви,— назвать сестрой самую прекраснейшую Дочь Солнца. Чертами она только слегка напоминали отца — Солнечного правителя Эхнейота. Меритре больше походила на свою мать — красавицу из Нахарины Гилухепу. Дочь правителя Митаннии недолго пробыла на берегах Хапи и умерла в юном возрасте, едва разрешившись от родов. Она подарила правителю дочь и ушла в поля Иалу. Уж сколько лет прошло, но Хеви до сих пор помнит, как весь двор восхищался нежной красавицей с далекого севера. Вот и Меритре унаследовала от матери ту загадочную красоту, которая так и притягивает взгляд. Кожа у Меритре была светлая, казалось прозрачная, не то что у смуглых местных жителей. Непослушные вьющиеся волосы она убирала под тонкую накидку и стягивала узеньким золотым обручем. Просторная белая одежда мягкими волнами спадала к самой земле. Груди большие, полные молока. Талия тонкая, как будто и не рожала вовсе. А ведь уже третий раз порадовала семью.

Чернокожая кормилица следом несла младенца. Тут же появилась супруга самого Хеви — Нефтис. Женщина заботливо усадила Меритре на небольшой стульчик, приказала служанке принести свежего молока и хлеба.

— Не надо беспокоиться,— смеялась Меритре.— Даже при дворе так не заботились обо мне.

— Я совсем немного,— оправдывалась Нефтис и тут же поправляла на Меритре ожерелье из нитей стеклянных бус вперемешку с золотыми пластинами. Заглядывала в лицо, пытаясь угадать, хорошо ли себя чувствует девушка.

Хеви улыбнулся. Нефтис просто обожала невестку старшего сына. Она любила ее больше, чем всех своих пятерых сыновей. Еще бы! Нефтис всю жизнь хотела иметь дочь, но рождались только мальчики. Теперь, наконец, в доме появилась невестка, да еще какая! Красавица. Принесла трех внуков, не считая Миамун...

Хеви нахмурился, подумав о Миамун. Он вспомнил, как старший сын Амени приплыл в Бухен после долгого похода в Нахарину. Возмужалый, с остывшим взглядом. На широкой груди награда золотого льва от самого Хармхаба. Приплыл не один. Он предстал перед родителями, держа за руку Дочь Солнца и объявил, что Меритре стала его сестрой. Радости не было конца. Но Хеви с Нефтис удивились, когда узнали, что у Амени и Меритре уже есть дочь. Когда они успели? Малышка Миамун. Но ей уже было года три. Вскоре им все объяснили...

Родной брат Хеви, жрец Амуна, один из совета Мудрейших, Аменнеф прибыл следом. Хеви чуть не сошел с ума от радости. Он считал брата погибшим. Аменнеф состоял в касте жрецов Амуна и бесследно пропал во время правления Эхнейота, когда обезумевшая толпа громила храмы и убивала жрецов. Поминая в храме всех предков, он приносил жертвы и за Аменнефа. И вдруг живой, да еще в высоком сане верховного жреца Амуна.

После долгих горячих объятий, за кувшином вина в тенистом саду, Аменнеф поведал о своих безрадостных скитаниях, о горькой жизни в изгнании и о возвращении на берега Хапи. И в конце, понизив голос, он раскрыл тайну маленькой Миамун. Она — последняя дочь Эхнейота и второй его супруги Кийи. Хеви чуть не подавился. Но причем здесь Амени? А с Кийей что произошло?

История запутанная. До конца никто ничего не знает. Даже он, верховный жрец Амуна строил картину происходящего по слухам. Кто-то утверждал, что Кийя должна была принести Эхнойоту долгожданного наследника. Но после рождения дочери, Солнечный правитель разочаровался в супруге. Сколько можно! У Нефернефруйот родилось пять дочерей. От принцессы из Нахарины тоже дочь. Правителю нужен был наследник. Кийя — его последняя надежда. Но и она не оправдала ожиданий. Эхнейот резко охладел к супруге и стал искать замену. Но опять же — это все слухи. Кийя не на шутку перепугалась. Что ее могло ожидать? Конечно же, ссылка в далекое захолустье и полное забвение. А она была женщина своенравная и чересчур гордая. Вот в этот момент к ней и втерлись в доверие братья Нетшсук, Небнуфе и Сенуфе из могущественного дома Ранофре. Что дальше произошло, жрецы допытывались долго, но так до конца и не нашли достаточно доказательств. Вроде бы Кийя подсыпала яд в вино правителю. Эхнейот помутился рассудком, ослеп и вскоре умер. Вот тут началось самое интересное. Кийя захотела сама стать у власти, поминая великую правительницу Хатшепсут. И ее поддерживали многие знатные люди. Но братья? Разве можно их было оставить в живых? Однако Кийя недооценила могущество дома Ранофре. В одно прекрасное утро ее покои нашли пустыми. Где она — до сих пор неизвестно. Никто ничего не видел и не слышал.

А как же Миамун?  Спустя много времени, после того, как правитель Семенхкерэ отправился к Солнцу, в Уаст явился худой жрец. Приплелся из далекого храма, где-то вблизи Великих Пирамид. Одет в лохмотья, вместо посоха простая палка, за спиной узелок с ребенком. Жреца привели прямо к Аменнефу. Тот развернул узелок. Маленькая девочка. Ее подкинули к порогу храма. Бывает такое. Жрецы обычно подкидышей отдают в хорошие семьи. Но у этой на запястье золотой анх с именем и страшным заклятьем. Именно из-за этого заклятья никто не посмел убить ребенка. Жрец не раздумывая, сразу же направился в Уаст.

Времена неспокойные. Династия правителей вымерла. Хорошо хоть остался Тутанхамун, которого тот час же посадили на трон. Но случиться могло всякое. Знатные Дома тайно и открыто принялись бороться за власть. Если девочка окажется в каком-нибудь из домов, те могут открыто потребовать признать ее наследницей. Жрецы ничего не придумали лучше, как только возвестить, что Миамун является дочерью Меритре и Амени и спрятать ее подальше в Куши.

По настоянию Аменнефа, Дом Хеви скрывал от всех происхождение миленькой круглолицей девчушки с большими черными глазами и обворожительной улыбкой. Но наместник тревожился день ото дня: чем старше становилась Миамун, тем больше бросалось в глаза, что она совсем не похожа на своих названных родителей. Кто знал вторую жену правителя Эхнэйота луноликую Кийю, взглянув на Миамун, сразу бы признался, что видит ее копию. А немного тяжеловатый подбородок и вытянутый назад затылок напоминал о настоящем отце — божественном Сыне Солнца. Какая дальнейшая судьба ожидает ее? Станет ли она супругой высокого писца или отважного воина. Нарожает ему милых деток и проживет спокойно всю жизнь, не ведая, что в ее жилах течет божественная кровь. А может… Убереги ее Амун! Хоть Аменнеф и брат ему, но Хеви не позволит использовать девочку в хитроумных жестоких планах жрецов. Она стала наместнику родной. Хотя… Чем он помешает? Если каста потребует…

Миамун появилась тут же в саду в легком белом платьице. Широкий пояс стягивал тонкую талию. Черные жесткие волосы, сплетенные в толстую косу, спускались на левое плечо. Она вела за руки двух младших братьев. Хеви залюбовался. Он чувствовал себя счастливейшим человеком на земле — главой большого семейства.

Рисут отвлек его. Слуга доложил о прибытии высокого гостя. Хеви поспешил во двор для приемов. Перед ним предстал хранитель лука и стрел правителя. Странно, но Хуто выглядел совсем не как высокий сановник. Вид у него был утомленный, сандалии чудом держались на ногах, лицо и плечи обожжены солнцем.

— Живи вечно! — поздоровался Хуто.

— Здоровья и силы! — ответил наместник.— Ты весь в пыли. Ноги сбиты. Откуда?

— Я только что от Хармхаба,— коротко бросил Хуто.— Дело срочное. Нехсиу должны напасть на Бухен.

— Напасть? — не поверил Хеви.— На Бухен?

— Часть плывет по реке, другие пробираются по берегу.

— У них хватит смелости напасть на город?

— Они надеются, что Хармхаб завяз где-то в горах и не успеет придти на помощь.

— Где сейчас Непобедимый? — забеспокоился Хеви.

— Полководец ведет войско по тайной тропе и скоро придет на подмогу.

Хеви повел гостя в дом. В своем рабочем кабинете он предложил Хуто стул и налил холодного вина в серебряную чашу.

— Нехсиу много? — озабоченно спросил Хеви, разворачивая на столе свиток папируса с подробной картой окрестностей Бухена.

— Много. Советую созвать гарнизоны из всех близлежащих крепостей.

— Согласен. Если не удержим Бухен, от остальных укреплений толку мало.

— Я постараюсь быстро по реке добраться до Острова Слонов и потребовать помощи у Начальника Южных Врат. Надо не просто отбить нехсиу — надо их уничтожить. Обязательно взять в плен Большого Слона.

— Если сам Большой Слон возглавляет повстанцев — дело серьезное.— Хеви склонился над картой.— Вот здесь,— ткнул он пальцем в край пергамента.— Крутой откос — хорошее место для встречи. Дорогу завалим камнями. Река сужается, течение быстрое. На лодках это место пройти трудно. У нехсиу единственный путь — лезть вверх по откосу. У меня хватит сил отбить несколько атак, к ночи отойдем и укроемся в стенах города. Выиграем день и измотаем нехсиу.

— Хороший план,— одобрил Хуто.— Но если они обойдут хребет вот по этому пути,— показал он узкий проход в скалах.— Окажутся у тебя в тылу. Тогда ты не сможешь отступить к Бухену.

— Рискну,— все же решил Хеви.— Не люблю отсиживаться за стенами. В ущелье отправлю разведчиков. Если нехсиу попробуют обойти, разведчики успеют предупредить.

— Хранит тебя Амун,— пожелал охотник наместнику.

 

Лазутчики нехсиу появились ранним утром. Они прятались среди зарослей кустарника, пытались незаметно подползти к стенам. Хеви приказал не трогать их, как будто в городе ни о чем не подозревают. Даже городские ворота оставались открытыми настежь. На сторожевых башнях часовых не выставлял, только возле ворот дремали двое охранников. Все, как обычно: город жил мирной жизнью. Погонщик вывел цепочку ослов, навьюченных тюками с товаром и направился по своим делам. Высокий смуглый молочник спешил на торжище, неся на плече большой кувшин со свежим молоком. Мясники вели быков в город, чтобы забить на мясо. Волы тащили телегу, доверху нагруженную овощами и зеленью. Между тем гарнизон Бухена готовился вступить в бой в любой миг. Всем мужчины, выдали со склада оружие и сандалии. Оружейники работали с раннего утра до поздней ночи, мастеря стрелы, щиты, копья.

Вскоре разведчики исчезли. Маджаи проследили за ними. Доложили наместнику, что лазутчики скрылись в степи.

Хеви отдал приказ быстро, без лишнего шума выдвигаться войску из города.

 

Дорога резко сбегала вниз. Полукругом обрывался скалистый берег. Внизу просматривалась узкая полоска суши и дальше бурлила река. Для наступления путь один — вверх по дороге. Хеви отдал приказ завалить дорогу. Воины при помощи палок вывернули несколько валунов и скатили вниз. Теперь путь закрыт. Осталось ждать.

Вокруг тихо и пустынно. Воины напряженно ждали, не выпуская оружие из рук. Только жрецы бормотали заклинания, насылая порчу на врагов. Хеви заметил в верховьях реки темную черточку, за ней появились еще несколько. Черточки приближались и превращались в длинные узкие лодки из просмоленных связок камыша. В каждой набилось человек по двадцать вооруженных нехсиу. Сначала с десяток лодок, потом еще и еще, скоро вся река кишела челноками, словно откуда-то с верховьев перебиралась огромная стая крокодилов. Лодочки причаливали к берегу, поросшему высоким папирусом. Воины выбирались на сушу и бесшумно быстро двинулись по дороге, уверенные, что их никто не ждет. Впереди большая добыча. Проклятые бледнокожие поплатятся за свою беспечность. Ответят за все обиды.

Хеви разглядел предводителя. Пышный головной убор из перьев колыхался на макушке могучего воина. Большой мясистый нос протыкала кость и загибалась острыми концами кверху, напоминая бивни слона. Наместник узнал главного зачинщика восстания — Большого Слона. Вождь усиленно жестикулировал руками, подгоняя воинов. А лодки все прибывали. Сколько же их! Нехсиу еще никогда не собирали такое огромное полчище.

А это кто? Хеви заметил среди черных тел в соломенных юбках бородатого бледнолицего человека с перебинтованной головой. Пленник? Нет. С оружием. Переговаривается с вождем. Неужели предатель? Похож на шардана. Точно — предатель! Амени ему рассказывал, как Хармхаба пытался отравить Мексеб. Его поймали, но предателю удалось сбежать. Амени шел по его следу, но попал в засаду, устроенную нехсиу. Еле отбился. А голова перевязана, потому что Амени отрезал предателю ухо.

Нехсиу тем временем направились вверх по дороге. Путь преградил завал из камней. Самые смелые попытались перелезть, но тут же были сброшены обратно. Хеви приказал лучникам открыть стрельбу. Рой стрел взвилась в воздух и жалящим дождем посыпалась на головы нападавших. Нехсиу немного растерялись, но сразу же опомнились и ринулись на штурм. Отваги им не занимать. Неся потери, они поднимались по откосу и вступали в схватку с воинами наместника. Хеви бросил вперед тяжелую пехоту. Стена прямоугольных щитов и длинные копья заставили нехсиу откатиться назад.

А лодки все прибывали.

Нехсиу ринулись во вторую атаку, на этот раз более организованную. Бой перекинулся через завал. Нехсиу настырно лезли вперед. С огромным усилием, воины Кемет вновь откинули врага, хотя порой казалось, что нехсиу вот-вот прорубят строй. Наступило небольшое затишье. Противники собирались с силами. Хеви с тревогой заметил, что теперь уже по суше прибывают воины с овальными разукрашенными щитами. Племена земель Тумеху — узнал он, отчаянные и бесстрашные. К тому же они вооружены не короткими копьями с кремневыми наконечниками, а настоящими бронзовыми топорами. И лучники у них меткие. Охотники из земель Тумеху частенько наведывались в Бухен со слоновыми бивнями, черным деревом и живыми обезьянами. Но меняли товар не на зерно и одежду, а на топоры и наконечники для стрел. Когда Хеви запретил менять товар на оружие, вожди Тумеху пришли к нему и божились, что топоры им нужны для заготовки черной древесины. Они с Кемет воевать не будут. Их племена занимаются только мирным трудом. Как же! Вон они — в боевой раскраске.

Вновь нехсиу бросились в атаку. Пригибаясь, почти к самой земле, воины, словно ящерицы быстро двигались вперед. Их прикрывали лучники. Стрелы смертоносными стаями проносились над головой то в одну, то в другую сторону. Хеви сам возглавил оборону. Вооружившись небольшим прямоугольным щитом и серповидным бронзовым клинком, он встал перед строем копейщиков. Рядом вырос Амени. У того в руке сверкал длинный прямой хеттский меч. Только он мог в совершенстве владеть этим иноземным оружием, да еще прикрывался ассирийским круглым щитом. Не каждая рука удержала бы такой тяжелый медный щит.

Хеви встал в удобную стойку: левое колено чуть согнуто, правая нога сзади упирается в землю. Рядом почувствовал Амени, жар, исходящий от его разгоряченного тела. Первый нехсиу поднялся во весь рост и кинулся на наместника, занося топор. Удар — нападавший полетел назад с разбитой головой. Щитом отбил копье, рубанул в ответ — нехсиу сложился пополам с распоротой грудью. Краем глаза Хеви замечал, как рядом мелькает меч Амени. Он увертывался от кремневых наконечников копей. Острие меча неожиданно вылетало из-под ассирийского щита и разило как жало финиковой осы. Попробуй угадать, когда вылетит из-под щита клинок. Это Амени у аккадцев научился такому приему.

Вокруг кипела битва. Брызги крови летели во все стороны. Раненые стонали под ногами. Дико орали дерущиеся. Трещали черепа. Запах пота и крови бил в нос.

Нехсиу вновь откатились назад. Выдохлись! Хеви осмотрел свой строй. Бойцов поубавилось. Убитых оттаскивали назад и складывали рядком. Еще больше раненых. Лекари вынимали наконечники стрел из разорванной плоти. Перевязывали раны. Хеви взглянул на солнце. Желтый раскаленный шар прошел зенит. Пора отступать к городу. Еще одной атаки не выдержать. Надо укрыться за стенами. Вот теперь пусть попробуют штурмовать город. Силенок не хватит!

— Наместник! — К нему подлетел один из маджаев-разведчиков.

— Говори!

— Нехсиу обходят нас по ущелью.

Хеви в пылу сражения совсем забыл об этом проклятом ущелье. Ведь Хуто его предупреждал!

Отходили быстрым шагом. Раненых несли на щитах. Хеви возглавлял колонну. Амени с лучниками прикрывал отход. Впереди показались высокие зубчатые стены Бухена, позолоченные заходящим солнцем. Неужели успеют проскочить? Дорога из предательского ущелья пуста. Хеви подгонял воинов. Отряд Амени где-то там, в хвосте вступил в перестрелку.

На башнях крепости пылали факела. Бухен готовился к обороне. Стражники распахнули ворота, перед войском.

У Хеви оборвалось все внутри. Со стороны ущелья послышалось завывание нехсиу. Показались и сами разбойники.

— Строй! Держать строй! — скомандовал наместник, понимая, что проскочить к крепости сможет только с большими потерями, да еще есть угроза, что отряд Амени окажется отрезанным. Надо было задержать нападавших. Все оказалось хуже, чем он предполагал. Из ущелья вытекли организованным порядком воины Тумеху. С ними справиться не так-то просто. А Амени еще не подтянулся. Делать нечего, Хеви повел воинов в бой. Правое плечо онемело от натуги, но Хеви рубил и рубил изогнутым бронзовым мечом. Несколько раз чуть самому голову не раскололи топором. Прочный щит треснул и еле держался на лоскутьях кожи.

Но тут прямо на головы нехсиу полетели камни и стрелы, заставляя их отступить обратно в ущелье. Хуто с многочисленным отрядом с Острова Слонов подоспел вовремя. Воины Тумеху не просто отступили под их напором — они побежали.

— Буду вечно молиться за тебя,— поблагодарил наместник смотрителя лука и стрел правителя.

Хуто лишь скупо улыбнулся.

Амени последним влетел в крепость. Ворота захлопнулись. Хеви был уже на стрелковой башне. Амени поднялся вслед за ним. Пришел Хуто.

— Я приказал поднимать камни на стены,— сказал Амени, снимая тяжелый кожаный нагрудник, чтобы тот не мешал стрелять из лука.

— Сейчас на штурм не пойдут! — уверенно предположил Хеви.— У них нет ни лестниц, ни метательных орудий. Просто так, бревном ворота не вышибить.

— Со стороны реки? — поинтересовался Хуто.

— Не смогут. В это время года течение сильное. Лодки у них легкие. Будет сносить ниже.

— Тогда они разгромят все вокруг в бессильной злобе и с рассветом уберутся обратно,— рассудил Амени, перевязывая легкую рану на правой руке.

— Возможно,— с сомнением произнес Хуто.— А может и нет. Что ж они зря собирались столь огромными силами и шли сюда, так далеко, тщательно готовили нападение, а теперь вернуться ни с чем? Большому Слону нужен Бухен: кладовые города, где полно одежды, зерна и оружие.

— Эти твари что-нибудь попробуют предпринять,— согласился с ним Амени.— Хоть бы Хармхаб поспел вовремя!

На стенах подняли тревогу. Около сотни чернокожих лучников открыто бежали к воротам города. Предводитель, высокий стройный воин размахивал руками.

— Они хотят с нами вести переговоры? — не поверил Хеви.

— Это же Паитси, вождь племен из земли Таххет,— узнал Амени.— Он привел своих воинов нам на подмогу.

Паитси с отрядом лучников впустили в крепость. Амени спустился вниз и крепко обнял друга.

— Как тебе удалось проскочить под носом у нехсиу?

Здоровый чернокожий воин растянул полные губы в довольной усмешке.

— Пока они сообразили, кто мы такие, было уже поздно нас преследовать. Со мной воины, готовые умереть, но отстоять город. Мы не боимся Большого Слона и даже диких воинов из земель Тумеху.

В доме наместника собрались знатные горожане. Все при оружии. Хеви отдавал распоряжение: кому какую часть города оборонять, сколько стрелков оставлять на башнях, куда уносить раненых.

Появился гипессару города. Он так же вооружился кинжалом и небольшим щитом.

— На стенах выставил охрану,— доложил он.— Раненых разместили в храме. Стражу на воротах усилил. Только, Хеви,— недоуменно пожал плечами гипессару.— Зачем ты распорядился отдать под охрану ворота Птаха каким-то паршивым ассирийцам? Разве они воюют лучше маджаев?

— Каким ассирийцам? — не понял наместник.— Не отдавал я такого распоряжения.

— Но они сказали, что прибыли вместе с Хуто с Острова Слонов.

— Не было в моем отряде ассирийцев. Поднимай тревогу! — тут же сообразил Хуто.— Я к воротам Птаха.

— Я с тобой! — Амени схватил меч и ассирийский щит.

— И я с вами! — Кинулся вслед Паитси, ухватив копье с широким медным наконечником.

Они бежали по опустевшим извилистым улочкам. Их догнала Меритре. Девушка успела переодеться в грубую холстяную одежду с открытыми плечами. Кожаный нагрудник с бронзовыми пластинами защищал тело. Волосы она убрала под высокий кожаный шлем. За спиной висел тугой лук и чехол со стрелами.

— Меритре! — попросил Амени супругу.— Спрячься в доме с детьми.

— И не подумаю,— жестко отрезала Меритре.— Ты лезешь в самую сечу, а я должна прятаться?

— Ты только после родов...

— И что с того? — разозлилась Меритре.— Руки не дрожат, зрение острое.

— Дети…

— О них позаботятся. Не смей меня прогонять.

— Тогда держись сзади,— сдался Амени.

— Буду прикрывать вас.

Небольшой отряд подошел к Воротам Птаха вовремя. Предатели — ассирийцы откидывали толстый брус, запиравший створки.

— Остановитесь! — крикнул Амени.

Хуто выхватил кинжал и бросился сразу на двоих. Паитси копьем проткнул ближайшего бородача, затем схватился за топор. Амени еще двоих оттеснил от ворот, орудуя мечом. Меритре метко сняла лучника с башни. Но все же опоздали. Створки ворот распахнулись. По длинному узкому проходу в крепость хлынули нехсиу. Вел их Мексеб с перебинтованной головой. Хеви с городским отрядом подоспел на помощь. Нападавшим не дали прорваться в город. Битва закипела между внешней и внутренней стеной. Врагов вытеснили и пытались закрыть тяжелые дубовые створки, но нехсиу с новой силой навалились. До самого рассвета кипел бой с переменным успехом. Нехсиу пробивались к входу в город, но их раз за разом откидывали назад. Ловкие чернокожие воины взбирались по веревкам на стену. Их сбрасывали вниз. Бой перекинулся на две стрелковые башни, защищавшие Ворота Птаха.

— Отбить башни! — закричал Хеви и сам ринулся вверх по крутой каменной лестнице.

Через несколько мгновений он уже был на башне и орудовал серповидным мечом.

С первыми лучами нехсиу все же захватили башни и овладели внешними воротами. Битва продолжалась за внутренние ворота, которые запирали вторую оборонительную стену. Весь проход между стенами был устлан трупами. Нехсиу дрались отчаянно. Еще немного, и враги ворвутся в город. Хеви приказал возводить завалы на улицах, выходящих к Воротам Птаха.

Амени вырвался из сечи и подбежал к Меритре. Кожа на щите висела ошметками. Меч в зазубринах. Все тело покрывали ссадины и кровоподтеки. Грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Меритре вместе с отрядом лучников обстреливала неприятеля с крыши ближайшего дома.

— Ты цела? — Амени внимательно оглядел ее.

— Да! А у тебя рана.

— Царапины,— отмахнулся Амени, вытирая тыльной стороной ладони пот вперемешку с липкой кровью.— Иди домой, к детям. Здесь опасно.

— Я быстро,— крикнула она. Шум боя не давал говорить спокойно.— Только покормлю малыша, захвачу стрел и обратно.

Амени проследил взглядом, пока Меритре не скрылась за углом и вновь кинулся на помощь отцу. Вдруг напор нехсиу неожиданно ослаб. Они бросились бежать.

— Что там? — сквозь частое дыхание крикнул Хеви.

— Бей! Бей! Амун! Бей! — громом прокатилось за стенами.

— Это Хармхаб! Хармхаб с нами! — Обрадовался Амени и увлек воинов в атаку.

На страницу автора

К списку "С(S)"

А(A) Б(B) В(V) Г(G) Д(D) Е(E) Ж(J) З(Z) И, Й(I) К(K) Л(L) М(M) Н(N) О(O) П(P) Р(R) С(S) Т(T) У(Y) Ф(F) Х(X) Ц(C) Ч(H) Ш, Щ(W) Э(Q) Ю, Я(U)

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.