ЛИИМиздат - библиотека самиздата клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИИМИЗДАТ

Скоро в ЛИИМиздате

Договор издания

Книга отзывов

Контакты

Лит-сайты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Стивен Харм

Рука судьбы

Глава девятая

 

Ожидание смерти - хуже самой смерти.

(поговорка)

 

Ожидание жизни – хуже ожидания смерти.

(из высказываний Артура)

 

Немного придя в себя, после кошмарного сна, Артур решил немного отвлечься. А поскольку никто не мог развлечь лучше, чем Андрей, парень и направился на поиски своего друга. В комнате Андрея не было, не было его и в зале отдыха. Это было основное место, где можно было найти, этого любителя всеобщего внимания и любимца публики, Артиста.

Артур остановился в начале длинного холла, раздумывая куда дальше направиться на поиски своего лучшего и единственного здесь друга.

Кирилл, коллега парня вышел из кабинета и шел как раз в сторону Артура.

— Ты Андрея не видел? — спросил Артур у парня,— сорок минут найти не могу.

— Видел. Только по-моему тебе его сейчас лучше не трогать. Я тут заходил к шефу и краем уха кое-что услышал, не все правда, но достаточно, что бы не нарываться на неприятности. И не попадаться на глаза Артисту.

— Да что случилось, в конце концов? — не выдержал долгого объяснения Артур.

— Пришло распоряжение сверху о подготовке Андрея к перерождению.

— Не может быть! — такого развития событий Артур не ожидал.

— Увы! Мне очень жаль, поверь, я хорошо к нему относился.

— Спасибо за информацию, Кирилл. Теперь я хотя бы морально буду готов к разговору с Андреем.

Когда Кирилл ушел и Артур остался один, он подумал о том, что все катиться, куда-то в бездну. Все к чему он стремится, рушится, всех кого он любит он теряет. Несмотря на несерьезность Андрея, на то, что тот часто его раздражал, Артист был милым человеком и настоящим другом, часто его поддерживал и поднимал настроение.

Надо идти к шефу и просить за Андрея решил Артур, и внутренне собравшись, направился к кабинету шефа. А тем временем у Главы в кабинете разворачивалась следующая история.

— Проходи Андрей, присаживайся,— шеф показал Артисту на кресло.

— Спасибо.

— Буду с тобой честен Андрюша. Новость у меня для тебя не то чтобы плохая, а просто ужасная.

— Что случилось шеф? — Артисту абсолютно не понравился тон шефа.

— Помнишь, мы с тобой договаривались, что если ты поможешь заполучить мне Артура, я замолвлю за тебя слово на Совете.

— Конечно, помню. Вы сказали, что все уладилось.

— Так и было Андрей, так и было. Но вот сегодня пришло распоряжение. И я к большому своему сожалению ничего не могу сделать.

Глаза Артиста, всегда блестевшие радостью и весельем, мгновенно погасли. Он как-то сразу осунулся, и как бы сказали на земле, постарел.

— В это время в кабинет заглянул Артур.

— Разрешите войти?

— Заходи Артур — шеф был огорчен не меньше Андрея и его вид красноречиво об этом говорил. Сейчас он походил на пожилого отца, которому сообщили о смерти его сына.

Не задавая лишних вопросов о том, что произошло, Артур сразу перешел к делу.

— Неужели ничего нельзя сделать, учитель? Неужели Андрей заслужил такое наказание?

— При всем моем уважении к вам обоим и к особым отеческим чувствам к тебе, я ничего не могу сделать. От меня в данном вопросе ничего не зависит. А вообще лучше возьми друга и сходите в бар. Поговорите там и немного расслабьтесь, Андрею это сейчас не помешает.

— Хорошо учитель.— промолвил Артур, и, подойдя к Артисту, прошептал: Пойдем Андрюха, накатим. Мы сейчас с тобой близки как никогда.

— Идем,— с трудом поднялся из кресла Андрей.

Они расположились подальше от входа в уютном тихом уголке, где их никто не беспокоил. Оба были под впечатлением, от услышанного. Артур хотел поддержать друга но не находил слов, слишком уж ситуация выбивалась за рамки обычных. В баре тихо играла музыка, что очень похожее на Scorpions.

— Знаешь, Андрей я, конечно, все понимаю, твои чувства по поводу всего происходящего, но посмотри на это с другой стороны. Я тоже буду на земле и если что- то случиться я всегда смогу тебя поддержать. Ведь могло быть все намного хуже.

— Что может быть хуже? — ни о чем хорошем Андрей думать уже не мог.

— Тебя могли отправить, в другое время, когда меня там не было бы, и помочь тебе кроме самого себя, было бы некому. А жить с нуля, нечего не помня, учась всему с самого начала, очень трудно.

— Ты прав Артур. Спасибо за поддержку друг.

— Всегда надо надеяться на лучшее и верить, что судьба может преподносить не только плохие сюрпризы.

В это время в бар зашла очаровательная девушка прямо таки небесной красоты по земным меркам. Но и по общепринятым стандартам здесь на небесах она тоже была больше чем очаровательна.

— Богиня! — восхищенно выдохнул, Артист.

— Тут ты прав более сдержанно согласился с ним Артур.

Девушка прошла к стойке заказала себе фирменный коктейль и села за столик недалеко от парней.

Её внешность походка и манера общаться была высоко оценена всеми присутствующими. Самое странное, что её никто не знал, видимо она совсем недавно была принята на работу.

— Нет, Артур ну ты видел какая милашка. Я за один ее взгляд готов отдать все на свете.

— Прямо таки все? — ухмыльнулся парень.

— Все! — не задумываясь, ответил Андрей.

— И даже самое ценное, что есть у нас, Ангел, что держит нас и не позволяет кануть в небытие.

— Ты готов отдать душу? — чуть ли не демоническим голосом спросил Артур.

— А при чем тут душа? — абсолютно не понял Артист, к чему клонит его друг.

— А при том, милый мой друг, что эта милая девушка, этот божественной красоты цветок, с ангельским взглядом, никто иная, как родная племянница Дьявола.

— А что она тогда делает здесь у нас? — задал вполне логичный вопрос Андрей.

— А вот это мне самому интересно — немного помолчав, ответил Артур,— мне кажется, мы об этом скоро узнаем.

От двери к ним направлялся секретарь шефа.

— Ну, вот видишь, даже ждать долго не пришлось — Артур улыбнулся.

— Вас шеф вызывает, обоих, срочно! — сообщил секретарь и исчез, как будто растворился в воздухе.

— Видимо сюрпризы на сегодняшний день не исчерпаны — пробубнил себе под нос, вставая из-за стола Артист.

— Вызывали, шеф? — заглянув в кабинет, спросил Артур.

— Да заходите! Мне нужно с вами срочно переговорить.

— Шеф вы даже выпить по-человечески не даете.— возмутился Андрей.

— После ребята все после. Слишком быстро разворачиваются события. И затуманивать мозги выпивкой поверьте не самое лучшее занятие в данный момент.

Шеф повернулся к Артисту подошел по-отечески обнял его, жестом пригласил сесть обоих, и продолжил.

— Андрей обстоятельства изменились. Ты практически чудом избежал перерождения.

У Артиста вырвался долгожданный вздох облегчения.

— Так Артур будет на земле один?

— Нет, ты полетишь с ним, но в таком же качестве, как и он, тебя вселят в чужое тело.

— Это здорово, шеф, очень здорово. А кого мне благодарить за такое чудесное избавление.

— Смешно и неприятно говорить. Но своим чудесным избавлением ты обязан Сатане.

— Здрасте! Приехали,— не выдержал Артур.— С каких пор наш соперник и конкурент помогает нашим людям.

— Ни с каких. Отчасти это сделал он, отчасти наше руководство. Сейчас объясню.

— Итак, у Вельзевула есть племянница, которую он прямо таки обожает. И вот это самой племяннице прямо таки засвербило в одном месте попасть на землю. Другого места для экскурсий она не нашла. Хотя мне лично в эту легенду слабо вериться. Более правдоподобно, по-моему, звучит версия, что она летит на землю, чтобы помешать Артуру и переманить Виктора на сторону своего дяди. Поэтому и было принято решение послать вместе с тобой Андрея. Так сказать для уравнивания сил. Так что Андрей это наш козырь. Тем более что наш Артист ни на шаг не будет отступать от нашей гостьи. Ты ведь очарован Еленой, правда, Андрей?

— Есть немного, потупил свой взор Артист.

— Да не стесняйся, любовь не знает границ.— улыбнулся Шеф и подмигнул Артуру.

Тот улыбнулся в ответ.

В это время дверь в кабинет открылась и в него в сопровождении секретаря вошла «избавительница» Андрея.

Знакомьтесь,— шеф протянул руку в сторону девушки.— Это Елена она наша гостья и ваша попутчица по этой увлекательной экскурсии на землю.

Это, шеф указал на любителя Булгакова, Артур. У него свое задание, которое в принципе для вас, как для отдыхающего человека не представляет никакого интереса.

И, наконец, Андрей, он будет вашим провожатым, другом и всем кем захотите. Так что со всеми вопросами, пожеланиями и всем остальным прошу обращаться к нему. Тем более он вами очень очарован.

— Шеф, ну за чем вы? — Андрей обиделся.

— Да ладно, Андрюша у тебя ж все на лбу написано. Глаза горят так, что можно ночью без фонаря книги читать.

— Ну вот, вроде все формальности выполнены, теперь можно и в комнату отдыха пройти, чтобы посидеть и отметить наше знакомство.

Этим вечером в баре канцелярии было яблоку негде упасть, но для наших героев столик, конечно же, нашли.

Двое лучших друзей, их шеф и очаровательная девушка, заняли лучший столик, подальше от дверей и поближе к стойке. «Чтоб ближе бегать»,— как справедливо заметил Андрей.

— Итак, предлагаю выпить за знакомство,— поднял бокал Шеф.

— Поддерживаем,— звон бокалов мелодично разлетелся по помещению.

— Андрюша, ты зенки свои от Елены отведешь, когда-нибудь,— шутливо поинтересовался Артур.

— Не могу друже, не могу.

— Да уж, попал ты, что называется на TV. Так что теперь вся канцелярия сможет наблюдать за этим реалити-шоу.

— Это, каким же? — спросил с интересом Андрей.

— Между Ангелом и Бесом! — засмеялся шеф.

— Не понял? — обиделся парень.

— Да, не завидую я тебе, артист, тяжелой выбор между другом и девушкой, да еще и такой очаровательной,— шеф взял руку Елены в свою и поцеловал.

— Спасибо за комплимент,— девушка скромно потупила глаза.

— Нет ну чистый ангел, а, а вы бес, бес.— Андрей прямо, светился от счастья.

 

После сытного для ребят ужина, друзья пришли к Артуру в комнату, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

А ситуация складывалась очень занимательная. С одной стороны Артур был рад, что рядом с ним будет его, проверенный временем и тяжелыми испытаниями, друг, с другой стороны присутствие Андрея в компании очаровательной бестии Елены вряд ли будет способствовать скорому и положительному исходу их миссии. Но, как говориться служба есть служба и дружба в ней не самое худшее. Именно с этой фразы начал свой разговор Артур с Андреем.

— Ну, спасибо друг на добром слове, ничего другого я от тебя и не ожидал,— Артист даже слегка обиделся на слова товарища.

— Да ты не обижайся, Андрюха я ж не со зла, да и общаясь с тобой, знаешь ли, уже и сам не замечаю, как начинаю постоянно прикалываться.

— Серьезно? Тогда это единственное что тебя оправдывает. Ладно, проехали.

— Я смотрю ты всерьез запал на племяшку Зули? — Артур по дружески толкнул Андрея в плечо.

— На племянницу, кого? — не расслышал Андрей.

— Зули, ну блин, Вельзевула уменьшительно ласкательное прозвище.

— И давно это у вас? — серьезно спросил Артист.

— Что? — не понял Артур.

— Ласки совместные,— Андрей не выдержал и начал громко и от души смеяться. Хотя честней и правильней, не смеяться, а ржать, как позже заметил Артур.

 

После этой встречи, прошло без малого, неделя. Друзья практически не виделись, так как подготовка к длительному пребыванию на земле шла полным ходом.

Долго и нудно, руководство рассказывало и расписывало все «прелести» пребывания на земле, в этом гнезде разврата, пошлости, обмана и коварства, как любил повторять шеф небесной канцелярии.

И его высказывание о том, что Елена будет чувствовать себя на земле, как дома, вызвали бурю негодования со стороны Андрея.

— Я Вас хоть и уважаю, то есть боюсь,— начал свою речь Артист,— но молчать я не буду и впредь не намерен. До каких пор вы будете огульно охаивать девушку, о которой ничего не знаете. Ну и что, что у нее дядя Сатана, она ж в этом не виновата. И вообще вспомните хотя бы «Ромео и Джульетту», там тоже двое из противоборствующих семей любили друг друга.

— Опачки,— подал голос Артур, который тоже в этот момент находился на занятиях вместе с Андреем.

— Так мы шо, уже любим друг друга? А счастливая девушка об этом знает?

— Да отвалите вы от меня, я хотел сказать, что не надо судить о человеке только по его родне. Я лично буду стараться узнать ее поближе, чтобы убедиться в своей правоте, что она милая, добрая и беззащитная девушка.

— Конечно беззащитная,— рассмеялся шеф,— зачем ей защита при таком то дяде.

— Да что вы всё, дядя да дядя, достали,— выпалил в сердцах Артист и, хлопнув дверью, выскочил из кабинета.

— Правда шеф, что вы так разнервировали парня, ему и так нелегко,— осуждающе спросил Артур.

— А все для того, мальчик мой,— шеф по-отцовски обнял Артура за плечи,— чтобы после того, как он с ней пройдет через семь кругов Ада, ему было что вспомнить. И как его предупреждали и подсказывали, куда ходить, куда не ходить. И что надобно, хоть иногда, слушать старших.

Стареет шеф, подумал про себя Артур, а вслух сказал:

— Вам виднее наставник, вам виднее.

С этими словами он вышел из кабинета, аккуратно прикрыв дверь, и отправился к себе в «келью». Не успел наш герой, расположиться на кровати, и, закрыв глаза, кануть в бездну воспоминаний о свой земной жизни, как вдруг, распахнув дверь, и чуть не сорвав ее с петель, в комнату буквально вихрем ворвался Андрей.

— Артур! Дружище! Помоги, у меня крыша поехала, на почве алкоголизма. Если не спасешь, потеряешь друга и соратника.

— Не тараторь, успокойся, присядь и расскажи все по порядку что случилось.

— Короче, после того как я оставил тебя с шефом в кабинете. Я злой и раздражительный, как ты мог заметить, выскочил из кабинета.

— Ага, помню как же, взглядом твоим горящим, можно было пол зимы, средней величины деревушку отапливать.

— Тебе смешно, мне не очень. В общем, после всего случившегося несусь в бар, и ныряю в стакан, да не в один. Сколько выпил, не помню, на четвертом сбился.

— Силен, бродяга,— а сколько выпил, можно у нашего бармена спросить, у Виталика.

— Да в принципе не важно сколько, а важно то, что после выпитого начались со мной разные неприятные вещи твориться.

— Это, какие же? — с неподдельным интересом спросил Артур.

— А вот слушай.— тоном заправского рассказчика сказал Андрей, присел у кровати Артура и начал.

— Меня заметно штормило, когда я выходил из бара. Остановить меня никто не пытался, ибо знают, что мне предстоит, и в какой-то мере сочувствуют. Первая непонятная вещь, произошла в коридоре, по дороге в мою комнату. Иду значится, никого не трогаю и тут «бах!!!» и пол стены испарилось как и не было, понимаешь кругом все на месте, а куска стены нет, вместо него зияет чернота бесконечного космоса. Все красиво до безумия, звезды сверкают, кометы проносятся мимо, все что угодно, только не привычная до одури белоснежная штукатурка стены. Ну ладно, этот случай я списал на последствия алкоголя.

Немного протрезвев после увиденного, захожу к себе в комнату и наблюдаю следующую картину. На моей белоснежной (как и все тут) постели лежит девушка. Да не просто девушка, а Девушка с большой буквы. Черные как ночь волосы, водопадом струящиеся по плечам, такие же черные бездонные глаза (страшно до жути, а притягивает), и черный шелковый пеньюар, больше подчеркивающий, чем скрывающий прелести гостьи. И такой звериной сексуальностью и жаром от нее пышет, что у меня даже волосы на голове тлеть начали. Того и гляди вспыхнут в один момент. Стою как идиот, шелохнуться не могу, а она изогнулась как пантера, через шелк, набухшие соски видно. И голос нежный, но в то же время какой-то демонический неживой, зовет меня:

— Иди милый ко мне, я вся горю, потуши мое пламя страсти.

А я как стоял, как памятник европейцу в Китае, с выпученными глазами, так и стою. Понимаю, что ангел я, светлый ко всему, и на такие выпады должен реагировать однозначно в смысле вообще никак, но поделать с собой ничего не могу. Мне б по примеру Хомы Брута из «Вия» круг начертить вокруг себя да молитвы читать, но времена не те. Она не панночка, да и я не выпускник Бурсы. Короче прошло так минут двадцать. Она извивается вся, изнемогает, а я из ступора выйти не могу. Со стороны может и смешно, а меня озноб бьет. Думаю да что ж такое то, почему не могу сдвинуться. И вдруг как гром среди ясного неба голос шефа в голове:

— Племянница Сатаны не может быть ангелом света. Тьма ее мать и хаос ее отец.

Эта ключевая фраза стала кодом чтобы вывести меня из столбняка. Я сорвался с места и кинулся к Елене, а это без всяких сомнений была она. Но как только я коснулся ее тела которого желал с момента нашей встречи, она исчезла, растворилась за мгновение, оставив лишь зыбкие очертания через которые просматривался уже знакомый мне космос с его звездами и кометами.

 

— Да уж загадочная история,— только и смог сказать Артур, после всего услышанного.

— Не то слово,— Андрея передернуло,— как вспомню так вздрогну. Но и это еще не все.

— Как не все, что еще и продолжение иметься? — Артур был в замешательстве, от всего происходящего.

— Конечно имеется, да еще какое! На, смотри! — с этими словами, Андрей протянул Артуру правую руку, раскрыв ладонь.

Артур опустил свой взгляд на протянутую руку друга и застыл в немом недоумении, как и Андрей несколько минут назад в своей комнате.

Через ладонь Андрея чернел все тот же космос и издевательски ярко горели звезды.

— Приплыли.— единственно что смог вымолвить Артур.

— Значит, нам двоим лечиться надо, я тоже самое вижу, что и ты. Если кто-то что-то и сможет нам объяснить, что вообще, черт возьми, тут происходит, то только шеф. Давай пулей к нему.

Их Шеф уже ждал у себя в кабинете во всеоружии и готовый к объяснениям.

— Я полагаю, у вас есть ко мне некоторые вопросы? — слишком уж спокойно как посчитали напарники, спросил шеф.

— Да наставник, много и без отлагательств,— опередил Артур Андрея, дабы не злить начальника, поскольку если дать слова артисту, то без мата не обойтись.

— Тогда располагайтесь в креслах и приготовьтесь к длительному просмотру нашего видеоархива.

— Опять, шеф, а на словах нельзя? — начал причитать Андрей.

— Нет на словах нельзя, так доходчивей.

Друзья расположились в креслах. Одна из стен, в мгновение ока, освободилась от всего лишнего, и на месте мебели появился огромный, метра в три диагональю (землянам пока об этом только мечтать), экран. Свет сам собой медленно погас, Шеф любил такие штучки, на экране началось движение, и голос диктора комментировал все происходящее на экране.

 

«Ещё не было земли. Ещё материя не отражала свет вселенский. Но, как сейчас, заполнена Вселенная была энергий разных множеством великим. Энергий сущности живые во тьме и мыслили, во тьме творили. Не нужен свет им внешний был. Внутри себя, себе они светили. И в каждой было всё — и мысль, и чувства, и энергия стремленья. Но всё ж отличия меж ними были. У каждого одна над всем другим энергия преобладала. Как и сейчас, есть во Вселенной сущность разрушенья и сущность, созидающая жизнь. И множество оттенков разных, похожих на людские чувства, были у других. Между собой никак вселенские те сущности соприкасаться не могли. Внутри у каждой сущности энергий множество то вялое, то вдруг молниеносное движенье создавало. Внутри себя собой содеянное, собою тут же и уничтожало. Пульсация их космос не меняла, она никем не видима была, и каждая считала, что одна она в пространстве. Одна! Неясность своего предназначенья им не давала сделать не гибнущим творенье то, что может удовлетворенье принести. Вот потому в безвременьи, в бескрайности пульсация была, но не было всеобщего движенья.

И вдруг как импульсом коснулось всех общенье! Одновременно всех, вселенной необъятной. То среди комплексов энергий тех живых один вдруг озарил других. Был стар тот комплекс или очень юн, нельзя сказать обычными словами. Из вакуума он возник или из искр всего, о чём помыслить можно, неважно это. Тот комплекс очень сильно походил на человека! На человека, что живёт сегодня! Подобен был его второму «я». Не материальному, но вечному, святому. Энергии стремлений и его мечты живые впервые слегка касаться стали всех сущих во Вселенной. И он один так пылок был, что всё привёл в движенье ощущенья. Общенья звуки впервые прозвучали во Вселенной. И если б звуки первые на современные слова перевести, то смысл вопросов и ответов почувствовали мы. Со всех сторон Вселенной необъятной один вопрос произносимый всеми, стремился к одному Ему:

— Чего так пылко ты желаешь? — вопрошали все. А он в ответ, уверенный в своей мечте:

— Совместного творения и радости для всех от созерцания его.

— Что радость может принести для всех?

— Рожденье!

— Чего рожденье? Самодостаточность имеется у каждого давно.

— Рожденье, в котором частички будут заключены всего!

— В одном как можно воссоединить всё разрушающее и созидающее всё?

— Противоположные энергии, сначала сбалансировав в себе!

— Кому подобное по силам?

— Мне.

— Но есть энергия сомненья. Сомненье посетит тебя и уничтожит, на мелкие частички разорвут тебя всего энергий разных множество. Противоположности в едином удержать никто не сможет.

— Энергия уверенности тоже есть. Уверенность, сомненье, когда равны, помогут точности и красоте для будущего сотворенья.

— Как сам себя назвать ты можешь?

— Я Бог. В себя частички ваших всех энергий я принять смогу. Я устою! Я сотворю! Для всей Вселенной радость принесёт творенье!

Со всей Вселенной, все сущности одновременно, в одного Его своих энергий выпустили сонмы. И каждая над всем преобладать стремилась, чтоб в новом лишь она верховной воплотилась.

Так началась великая борьба энергий всех вселенских. Нет времени величины, объёма меры нет, чтоб охарактеризовать масштабы той борьбы. Спокойствие настало лишь тогда, когда всех осознанье посетило: ничто не сможет выше и сильнее быть одной энергии вселенской — энергии Божественной мечты.

Бог обладал энергией мечты. Он всё в себе смог воспринять, всё сбалансировать и усмирить и стал творить. Ещё в себе творить. Ещё в себе творенья будущие сотворяя, лелеял каждую деталь со скоростью, которой нет определенья, продумывал взаимосвязь со всем для каждого творенья. Он делал всё один. Один во тьме Вселенной необъятной. Один в себе энергий всех вселенских ускорял движенье. Неведомость исхода всех пугала и удалила от Создателя на расстоянье. Создатель в вакууме оказался. И вакуум тот расширялся.

Был холод омертвления. Испуг и отчуждение вокруг, Он один прекрасные рассветы уж видел, и пенье слышал птиц, и аромат цветенья. Он своей пылкою мечтой один творил прекрасные творенья.

— Остановись, — Ему твердили,— ты в вакууме, ты сейчас взорвёшься! Как держишь ты энергии в себе? Ничто не помогает тебе сжаться, теперь удел твой только разорваться. Но если есть мгновенье у тебя, остановись! Тихонько распусти энергии творящие свои.

А он в ответ:

— Мои мечты! Их не предам! Для них я буду продолжать сжиматься и ускорять энергии свои. Мои мечты! В них по траве, среди цветов, я вижу,— торопыжка бежит муравей. И орлица на взлёте дерзком обучает летать сыновей.

Неведомой энергией своей Бог ускорял в себе движение энергии Вселенной всей. В Душе Его, их в зёрнышко сжимало вдохновенье.

И вдруг Он ощутил прикосновенье. Со всех сторон, повсюду, обожгло оно Его неведомой энергией, и сразу отстранилось, своим теплом на расстоянии согревая, какой-то новой силой наполняя. И всё, что было вакуумом, засветилось вдруг. И звуки новые услышала Вселенная, когда спросил с восторгом нежным Бог:

— Кто ты? Энергия, какая?

В ответ услышал музыки слова:

— Энергия любви и вдохновенья я.

— Во мне частичка есть твоя. Энергии презренье, ненависть и злобу сдержать одна способной оказалась она.

— Ты Бог, твоя энергия — души твоей мечта в гармонию всё привести смогла. И если помогла моя частичка ей, то выслушай меня, о Бог, и мне помочь сумей.

— Что хочешь? Зачем коснулась ты меня всей силой своего огня?

— Я поняла, что я любовь. Я не могу частичкой… Твоей Душе хочу отдаться вся. Я знаю, чтоб не нарушилась гармония добра и зла, всю меня не впустишь Ты. Но я вокруг тебя заполню вакуум собою. Согрею всё внутри, вокруг тебя. Вселенский холод, мгла к тебе не прикоснутся.

— Что происходит? Что? Ещё сильней ты засветилась!

— Я не сама. Это твоя энергия! Твоя душа! Она лишь мною отразилась. И вновь твоею свет отражённый возвращается.

Отчаянный и устремлённый, воскликнул Бог, Любовью вдохновлённый:

— Всё ускоряется. Бушует всё во мне. О, как прекрасно вдохновенье! Так пусть же сбудутся в любви светящейся мечты моей творенья!»

(Владимир Мегре. «Сотворение»).

 

На этих словах изображение исчезло, и экран растворился в воздухе.

Вот вы просмотрели и прослушали один из взглядов на сотворение мира и человека.

Каждый из нас, рожденных Богом, тоже является творцом и может творить свои миры, в котором живут те, кого мы создали.

— Шеф вы к чему клоните? — Андрею надоели долгие объяснения.

— К тому, мой нетерпеливый друг, что все мы тут, порождение фантазий нашего «творца», человека смертного, живущего на земле и создавшего наш мир, нашу канцелярию, нас самих и вообще всего, что нас окружает, посредством своей фантазии. Дело в том, что роман, который он пишет и является тем миром, в котором мы существуем. Существуем, пока он помнит о нас и продолжает писать, и пока, те, кто читал его строки, представляют в своем воображении все то, что с нами происходит и нас окружает.

— Зашибись, пипец! — не выдержал Андрей,— это что мы тут начали исчезать вместе со стенами, потому что какой-то горе писатель, так называемый творец забыл о нас и перестал писать свои писульки?

— Вот именно, Артист, все обстоит именно так.

— Да тварь он после этого, а не творец,— выругался в сердцах Андрей,— да я ему морду набью, я его на молекулы расщеплю.

— Тогда мы точно исчезнем.— справедливо заметил Артур.

— Это еще почему? — Андрей был вне себя от ярости.

— Потому, неразумный ты наш, что некому будет поддерживать наше существование.

— А ,ну да, как я не подумал. Ну, тогда просто морду набью.

— Все, хватит разговоров,— шеф взял ситуацию в свои руки.

— Вы двое сегодня вечером, отправитесь к Антону, так зовут нашего «родителя», и постараетесь убедить его продолжить роман,— и, повернувшись к Андрею, подчеркнул,— только без рукоприкладства и мата, буду проверять лично. И если что, собственноручно набью физиономию и матом обложу. И вообще 150 раз подумаю, в каком виде тебя отсылать на землю.

— Хорошо шеф, считайте запугали.

Гнев Андрея стал постепенно сходить на нет, шеф всегда сдерживал свои обещания, даже негативные.

Совещание закончилось и друзья, по устоявшейся в последние время традиции, направились в бар.

— Слушай Артур, объясни мне, почему мы должны заявиться к Антону именно во сне? Ведь, если мы явимся не во сне, а наяву, будет гораздо интереснее.

— Ты хочешь, чтоб у него крыша поехала? Тебе оно нужно? Неизвестно что тогда он о нас напишет, и во что это выльется. И вообще, что за дурацкая привычка обсуждать распоряжения начальства. Там ведь не идиоты сидят, как ты думаешь?

— Ну, на нет и суда нет. Во сне так во сне. Давай тяпнем.

— Давай.

На страницу автора

К списку "Х(X)"

А(A) Б(B) В(V) Г(G) Д(D) Е(E) Ж(J) З(Z) И, Й(I) К(K) Л(L) М(M) Н(N) О(O) П(P) Р(R) С(S) Т(T) У(Y) Ф(F) Х(X) Ц(C) Ч(H) Ш, Щ(W) Э(Q) Ю, Я(U)

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.