ЛИИМиздат - библиотека самиздата клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИИМИЗДАТ

Скоро в ЛИИМиздате

Договор издания

Книга отзывов

Контакты

Лит-сайты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Сидоров Иван

Ликующий на небосклоне

14

Праздник Опет длился еще восемь дней. На девятый день, Хапи помутнел, набух и из буро-зеленого перекрасился в грязно-коричневый цвет. Вода поглощала берега, заливая поля плодородной влагой. Закопошились землепашцы, прочищая каналы, чтобы живительная вода смогла достичь самых дальних полей.

Не смотря на всеобщее веселье, Амени ходил хмурый. Меритре заперли в женской половине Дома Ликования, теперь уже не под присмотром толстого наставника, а под зорким оком чистых жриц. Она вскоре должна стать замужней женщиной, и не желательно мужчинам глазеть на девушку. Детские забавы для нее окончились и настала пора постигать науку «женского счастья».

Тут еще Хармхаб, не дождавшись окончания всех торжеств (видать, устал от пьянок и безделья), решил, что пора выступать с войском в поход. Перед набережной появились крепкие боевые корабли с высокими бортами из просмоленного кедра. Громадины с задранной вверх высоко кормой, которая заканчивалась подобием рыбьего хвоста. По тяжелому рулевому веслу с каждого борта. Носовые тараны выступали над водой в виде бронзовых звериных голов с оскаленной пастью. Спереди и сзади возвышались защищенные площадки для лучников. Смотрители за парусами проверяли снасти. Кормчие размещали пехотинцев и лучников на своих кораблях. Трудяги-грузчики надрывали спины, сгружая на борт оружие и продовольствие для армии. Толпа провожающих теснилась возле сходен, не давая грузчикам работать. Хармхаб внимательно наблюдал за всем происходящим, проверял: правильно ли писцы считают и записывают.

Амени попрощался с отцом, поцеловал руки матери, обнял братьев. Хеви и Нефтис вскоре должны отплыть обратно на юг в Куши. Братья оставались в солнечной столице. Теперь их вместе с другими сыновьями высоких сановников будут обучать всевозможным наукам жрецы и наставники. Хармхаб оставил Амени при себе и пообещал сделать из него доблестного воина.

— Все никак не могу поверить, что ты вырос,— сокрушался Хеви.— Кажется, еще недавно я угощал весь Бухен в честь твоего рождения, радовался первым шагам, первым словам, которые ты произнес и вот, прощаюсь с воином, и не знаю, увижу тебя еще или нет.

— Не говори так, отец,— пытался успокоить его Амени.— Рано или поздно это должно было случиться. Мы еще посидим с тобой под старой смоковницей, как раньше, любуясь на закат.

— Обязательно! — кивал головой Хеви.— Чуть успокоятся нехсиу, я начну строить дом для тебя и для твоей будущей семьи.

— Будь храбрым, отважным, но помни, о моем сердце,— наставляла сына Нефтис. Глаза ее блестели от слез, но слезинки не смели скатываться по щекам. Она жена воина, теперь еще мать воина и не должна показывать женскую слабость.

— Мама, я всегда буду помнить о тебе,— горячо обещал Амени, целуя руки Нефтис.

На набережной появилась колесница. Возница кое-как пробрался сквозь толпу провожающих. С колесницы спрыгнул главный колесничий Ранофре и быстрым шагом направился к Хармхабу.

— Пусть Йот дарует тебе победы.— Он поднял вверх правую руку.— Как погрузка?

— Почти закончили. Первые корабли уже отплыли. Что привело тебя ко мне.

Ранофре замялся, решая с чего начать, затем с нотками сожаления промямлил:

— Правитель объявил меня главным над всем войском Йота.

Хармхаб не сразу воспринял слова Ранофре. На его лице за мгновение промелькнуло удивление, гнев, разочарование и в конце застыло железное спокойствие.

— Все-таки тебя,— выдавил он.— Поздравляю!

— Без обид. Такова воля Сына Солнца. Как бы извинялся Ранофре.

— Я разве смею выражать свое недовольство? — все так же мрачно удивился Хармхаб.— Приказывай.

— Я с колесницами доберусь по суше до Хекупта. Думаю, успею, пока Хапи окончательно не залил дороги. Там за городом в пустыне проведем учение новобранцев.

— Я понял тебя. Выполню все в точности, главнокомандующий.

— Да,— вспомнил Ранофре, немного осмелев.— Правитель распорядился аккадцам остаться в столице.

— Как же без них? — возмутился Хармхаб.— Ты объяснил правителю, что без ассирийских копьеносцев нам придется тяжело. У меня всего две тысячи героев, да тысяча кушитских лучников.

— Приказ правителя,— безвольно ответил Ранофре и запрыгнул обратно в колесницу, не желая ничего обсуждать.

— Амени! — раздраженно позвал Хармхаб.— Найди штандарты ассирийцев и отнеси обратно в Дом Войны. Да пошевеливайся!

— Слушаюсь!

Амени раскопал среди груза несколько высоких деревянных шестов с длинными бычьими рогами, украшенных связкой разноцветных лент, взвалил шесты себе на плечо и отправился в город.

На северной окраине располагалось поселение воинов. Длинные серые казармы и конюшни выстроились ровными рядами. Посредине поселения стояло мрачное кирпичное здание Дома Войны. Амени сдал вечно недовольным писцам штандарты и поспешил обратно.

Когда он возвращался, перед Домом Войны на площади собралось несколько сот колесниц. Воины сверкали начищенными доспехами. Высокие кони с плюмажем на головах нетерпеливо били копытами оземь. Множество знатных особ лили слезы, провожая своих любимых, мужей и сыновей в дальний поход. Войско колесничих набирали из знатных богатых семей. Не каждый мог позволить себе содержать пару коней. Амени заметил своего недруга Ахмосе в дорогих доспехах, в блестящем медном шлеме. Он стоял на колеснице в окружении рыдающих сестер. Но до них ему не было дела. Ахмосе вертел головой в разные стороны, кого-то высматривая. Взгляд его был полон отчаяния. Он заметил Амени, спрыгнул с колесницы и пробрался к нему.

— Ты из города,— спросил он без всяких приветствий. Голос его дрожал от волнения.

— Из города,— ответил Амени.

— Тебе случайно нигде не встречалась Меритре. Она должна была придти проводить меня.

— С чего ты решил, что она придет? — зло усмехнулся Амени.— Из-за тебя, ее заперли и не разрешили веселиться на празднике.

Глаза Ахмосе вспыхнули гневом, руки сжались в кулаки. Он готов был накинуться на Амени, но ничего не успел сказать. Раздался протяжный звук трубы. Колесничие заняли места в повозках. Войско, поднимая клубы пыли, двинулось по дороге на север.

Амени успел обратно на набережную, когда почти все корабли отчалили, и толпа провожающих сильно поредела. Хармхаб стоял возле сходен. Его облепили дочери и жена. Все дружно ныли. Даже два чернокожих карлика, одетых в наряды наместников Верхнего и Нижнего Кемет, пускали слезы.

— Ну, все! Хвати! — как можно мягче сказал Хармхаб, пытаясь освободить шею от объятий супруги.— Ступайте домой.

Военачальник взошел на корабль и скомандовал.

— Убирай сходни!

И тут Амени заметил, как по широкой лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, к набережной спешит Меритре. Она на бегу скинула сандалии, чтоб обувь ей не мешала. Яркое оранжевое платье, словно пламя, развивалось на ветру.

— Погодите! — прокричал Амени морякам и перемахнул через борт.

Меритре подбежала к нему и попыталась унять дыхание.

— Успела! — радостно воскликнула она.

— Ты пришла проводить нас? — удивился Амени.— А тебя Ахмосе ждал.

— Ему еще долго придется ждать,— гневно ответил Меритре, и сразу же рассмеялась.

— Пусть живет вечно Дочь Солнца,— замахал рукой с корабля Хуто, и все кушитские лучники подняли гвалт, прося у Меритре удачи.

— Но как тебе удалось сбежать на этот раз?

— Если я захочу — меня никто не удержит.

— Меритре! – сердито окликнул ее Хармхаб.— Ты задерживаешь войско.

— Я быстро! — пообещала она, затем заглянула Амени прямо в глаза. От такого взгляда, сладкая дрожь пробежала по телу.— Пускай Йот посылает тебе только победы! Возвращайся живым! Я буду каждое утро молить всевышнего, чтобы он неустанно охранял тебя от бед.

— Но почему обо мне ты так беспокоишься?

— Не знаю,— пожала плечами Меритре.

— Спасибо! — смутился юноша.— Я буду каждый вечер засыпать, вспоминая тебя, а просыпаться утром с твоим именем на устах.

— Оставь мне что-нибудь на память,— попросила девушка.

Амени не раздумывая, снял свой самый драгоценный трофей в виде позолоченных клыков льва и одел на тонкую шею Меритре.

Она в ответ сняла с пальца золотое колечко, то самое с бирюзовым скарабеем и вложила его в ладонь Амени со словами:

— Ты его нашел — оно твое.

— На корабль! Быстро! — заорал грозно Хармхаб, теряя терпение.

Амени кошкой взобрался на борт. Весла шлепнули по воде, и берег, покачиваясь, поплыли за корму. На набережной оставалось стоять жена Хармхаба с дочерьми и Меритре в ярко-оранжевом платье.

— Совсем голову потерял,— укорил его Хармхаб.— Забудь её.

— Она похожа на пламя! — сказал Амени, не слушая бурчание Хармхаба.

— Смотри, обожжешься. Потом ожоги на сердце останутся на всю жизнь,— вздохнул Хармхаб. Взглянув на ладонь Амени, он закричал: — Быстро спрячь!

— Это всего лишь кольцо.

— Кольцо — символ вечности,— начал объяснять Хармхаб.— А Скарабей — дух Хепри является хранителем сердца человека. Посмотри, с обратной стороны написано: чье сердце он охраняет?

— Меритре,— прочитал Амени.

— Она, сама того не зная, доверила тебе свое сердце. Наверняка на кольцо наложено заклинание. Ох! — сокрушенно покачал головой Хармхаб,— ждут тебя тяжелые испытания. Готовься! — Потом, вдруг, что-то вспомнил и закричал на слуг: — Что стоите? Мы уже отплыли! Несите вина, да покрепче. Отпразднуем начало похода.

— Значит, Йот приготовил мне такую судьбу,— про себя произнес Амени и крепко, до боли сжал колечко в кулаке.

На страницу автора

К списку "С(S)"

А(A) Б(B) В(V) Г(G) Д(D) Е(E) Ж(J) З(Z) И, Й(I) К(K) Л(L) М(M) Н(N) О(O) П(P) Р(R) С(S) Т(T) У(Y) Ф(F) Х(X) Ц(C) Ч(H) Ш, Щ(W) Э(Q) Ю, Я(U)

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.